Живые есть?

Я выгнулась, прижимаясь сильнее к молодому телу. Гаап издал рык, переходящий в стон, а затем, резко оттолкнул меня.

– Кто ты? – он снова обернулся демоном.

– А так всё хорошо начиналось,– я вздохнула и закрутила головой в поисках выхода. – Дай мне уже знания и забирай душу. Надоело тут торчать.

– Сделки не будет, – ревел бес.

– Передумал.

– Чёртова баба, где твоя душа?

– Дома, в кладовке, придурок, – заорала я, пугаясь перемене демона.

Гаап взмахнул лапой и всё прекрасное болото исчезло. Мы находились в пустой комнате с пентаграммой.

Спустя минут двадцать бушеваний с обеих сторон, мы, наконец, успокоились и сидели на полу у холодного тела Марины.

– Ты меня совсем не боишься, – констатировал факт Гаап в теле парня.

– Ты мне даже нравишься. Я просто, не понимаю в чём у нас проблемы? Я тебе душу, ты мне знания.

– Бездушная, – вздохнул демон.

– Опять обзываешься?

– Да нет, ты действительно живёшь без души. В какой-то момент, даже мелькнула мысль, что ты одна из нас.

Я улыбнулась.

– Может, тогда, я ангел?

– Глупости не говори.

– Маринку жалко. Она ведь только из монастыря к нам перевелась, – я подпёрла голову руками.

– Нет. Её тот мужик перетянул.

– Шеф! – внезапно вспомнила я.

– Сиди. Они малость заняты препятствием на первом этаже.

– М-да.

Мой палец чертил пентаграммы на деревянном полу. Чувства вели себя странно. Вроде бы накалены до предела, и в то же время, я была равнодушна ко всему на свете.

– Гаап, я какая-то странная.

– Я тоже. Это из-за обряда. Формально сделка завершена, но, ни одна из сторон ничего не получила.

Я положила свою голову на колени демона и посмотрела снизу вверх.

– А, где моя душа? – спросила шёпотом, как будто это было опасно.

– Я уверен, что ты родилась с ней, но она, как будто сокрыта или спрятана.

– Может, я уже продала её?

– Я бы знал, – он наклонился ко мне. Его дыхание скользнуло по моей щеке. – С самого начала ты показалась мне странной, а потом всё вышло ещё хуже.

Теперь настало время смеяться мне.

– Что? – спросил он.

– Мне так все бывшие говорили.

На лестнице послышался шум и мужские голоса.

– Тебе пора разобраться с этим домом.

И Гаап подтолкнул меня под зад, чтобы я встала.

Когда, на выходе из комнаты я оглянулась, у стены была только мёртвая Марина. И почему меня не трогает её труп?

– Алиса! – в коридоре меня сбил Эдик и прижал к себе.