Свет мой зеркальце, скажи…

Не стыдно, родная?

Я завела руки за спину, уцепилась большими пальцами за карманы на джинсах, смотрела, куда угодно, но не на него. А мужчина снова ко мне подошёл, и уставился на меня с высоты своего роста, буквально пробуравил взглядом.

– Не успел муж за порог, так ты все его вещи из квартиры выставила. Так?

Вот тут я уже молчать не могла. Голову назад немного откинула, чтобы в лицо ему смотреть, и выдохнула:

– Какого мужа?

Я только видела, как он в момент потемнел лицом, глаза налились кровью, а рот скривился.

И этот субъект рявкнул прямо мне в лицо:

– Ты совсем охренела, Липа?

У меня подкосились ноги. Я с трудом сглотнула, посмотрела за свою спину, увидела там кресла и поторопилась к нему шагнуть. В голове ни одной мысли, только тяжесть, а в груди сердце колотится.

Мужчина на меня смотрел, уличающе, с прищуром, затем рывком дёрнул ворот рубашки.

– Если бы не сутки за рулём, я бы тебя прямо сейчас к стенке поставил, дрянь такая, – проговорил он вполне угрожающе. – Позорить меня на весь город! – Я голову подняла, посмотрела на него, а он, видимо, решил, что я спорить собралась, и ткнул в меня пальцем.

И посоветовал: – Молчи. Я с тобой потом разберусь. Приготовь мне завтрак.

Он из комнаты вышел, на ходу стаскивая рубашку, а я смотрела ему вслед, понимая, что если этот детина соберётся со мной разбираться, то много времени у него это не займёт.

Я могла сбежать. Вот пока он принимает душ, я могла схватить свою сумку и сбежать. И я почти это сделала. Остановилась только у входной двери, с сумкой и сунув ноги в свои балетки, мысленно плюнув на чемодан и вещи в нём.

За ручку двери взялась и остановилась, приложилась лбом к прохладному дерматину. Сказала себе:

«Успокойся и подумай. Это всё неспроста. Этот тип называет меня моим именем и говорит, что он муж. Чей муж? Мой?!».

Что-то подсказывало, что от этого не сбежишь. Надо разобраться в том, что происходит.

Я развернулась, привалилась к двери спиной, борясь с сомнениями. На вешалке висела куртка, так же военного образца.

Я руку протянула, ощупала её. Во внутреннем кармане явно был бумажник. Положив свою сумку на тумбочку, я без зазрения совести впервые в жизни залезла в чужой карман. В руках оказалось дорогое портмоне, в нём права, несколько страниц с визитками, и приличная, на мой взгляд, сумма денег. Но деньги меня не интересовали, я на права смотрела. На них была фотография, и на ней, без сомнения, тип, который в данный момент в этой квартире душ принимал.