Принцесса на горошине. Не такая, как все

Сможет договориться.

Я ковыряла вилкой салат. Раздумывала, затем усмехнулась.

– Сколько ты хочешь предложить им денег?

Абакумов дёрнул плечом.

– Не знаю. Это зависит от того, что узнает Пал Палыч. В какой финансовой заднице они находятся. – Он посмотрел на меня, ободряюще улыбнулся. – Уверен, мы отделаемся малой кровью.

– Сколько, вообще, стоит молчание бывшей жены Александра Дегтярева? – якобы в задумчивости проговорила я.

А Димка тут же нахмурился и попросил:

– Не нагнетай, пожалуйста.

– Дима, я хочу сама с ней встретиться, – сказала я.

– Не выдумывай, – в легком раздражении отмахнулся он.

– Она моя мать, Дима.

Он в раздражении выдохнул.

– Я считаю, что это ошибка, Марьяна.

– Это неважно. Мне нужно её увидеть… познакомиться.

– И что ты хочешь от неё услышать?

– Это неважно, Дима. Я хочу услышать хоть что-то. Хочу разобраться.

– Я против, – выдал он резким тоном.

А я, признаться, в растерянности моргнула.

– В каком смысле?

– В прямом.

И я думаю, что со мной все согласятся.

– Кто?

– Лысовский. Шура. И Пал Палыч тоже.

– Причем здесь Пал Палыч? – развела я руками.

– Он отвечает за твою безопасность, Марьяна.

– Считаешь, что меня там убивать станут? – не удержалась я от усмешки.

– Нет, конечно, – ровным голосом проговорил Дмитрий Алексеевич. – Но ограбят, глазом не моргнут.

– Может быть, – не стала я с ним спорить. – Но это моё право – встретиться с родственниками. А ты, милый, мне не муж, чтобы что-то запрещать, – закончила я в возмущении.

Я из-за стола поднялась, допила залпом вино из бокала. И оповестила: – Я иду спать. А ты можешь отправляться к Пал Палычу, выдать ему дополнительные инструкции. Кого ко мне подпускать, а кого нет. По твоему мнению.

Как же я на Димку разозлилась. За его трезвые суждения, на которые он, по сути, права не имел.

А с матерью я всё равно встречусь, я так решила. И только после этого буду раздумывать о том, какое решение принять.

ГЛАВА 4

– Ты на меня злишься?

Само по себе, проснуться в своей постели в доме отца, не одной, было странным.

А тут еще Димка решил, едва я успела открыть глаза, обсудить со мной вчерашнее недопонимание. Хорошо хоть я лежала к нему спиной, и Дмитрий Алексеевич не мог видеть моего лица. Я глаза открыла, почувствовала, как он обнял меня, чуть навалился сзади, и задал этот вопрос. И я в тот же момент поняла, что совсем не рада его присутствию рядом.