Как отделаться от жениха и не влюбиться

– Милость не изволит!

– Но… простите, как же…

– У меня, кажется, где-то здесь жених был. Вот, если не передумал жениться – пусть сам меня и встретит. А, ежели передумал, я неволить не стану. Развернусь и домой поеду.

Мужчина так и застыл, согнувшись к окну кареты.

– Любезный, вам дурно?

– Быть может, все же…

– Кучер, кучер! – никто не отвечал. – Марьяна, выйди, скажи кучеру, что нас здесь не ждут, и мы возвращаемся домой.

– Но как же не ждут, госпожа…

– Марьяна! – вскрикнула возмущенно.

– В чем здесь проблема? – послышался недовольный голос молодого герцога. Я растянула хищную улыбку, но затем, изобразив на лице выражение крайнего неудовольствия, вымолвила:

– Так-то вы встречаете невесту? Меня категорически не устраивает подобное отношение!

– Еще полдня назад вы, кажется, были монахиней…

– Мы, девушки, такие непостоянные, – я манерно закатила глазки и, резко распахнув веер, так неожиданно, что герцог даже вздрогнул, принялась им обмахиваться.

 – Душно здесь у вас. Ну, так что? Мне воротиться?

Тяжело вздохнув, герцог отодвинул лакея в сторону, открыл дверцу кареты и подал мне ладонь.

– Ваша милость, не изволите ли вы проследовать в наш дом?

Я приторно сладко улыбнулась и подала мужчине ладонь, которую тут же сжали сильные горячие пальцы. Дом огня пленных не берет – сразу в оборот! Это был не просто жест вежливости. Это был невербальный жест силы.

Мужчина помог выбраться из кареты, соблюдая все правила этикета, а затем, склонившись к уху, как бы невзначай, обронил:

– В наш дом, в котором вы, моя милая невеста, исполните свой супружеский долг.

– Нахал! – возмутилась я и оттолкнула мужчину, зардевшись всерьез.

Мысли о непотребстве с Роберто волновали, но герцог таких желаний не вызывал, хоть и был хорош собой, очень даже хорош собой, точнее… Я пристально посмотрела на жениха и, сочтя его даже непозволительно привлекательным, недовольно отвернулась.

Кажется, мысль о непотребстве с ним уже не кажется столь отвратительной, но недозволительной – совершенно точно. Никакой жалости к врагу. Это телесные слабости! Демоны нижнего мира тоже обольстительны, а красота, как известно, коварна!

– Мы ждем! – донеслось сверху недовольное замечание старого герцога. Он стоял под руку со знатной дамой. Знатной она была и в объемах, и по титулу.