Церковные песнотворцы

И сам размер стиха, который в славянском переводе сохраняет все особенности греческого текста, успокаивает, утешает душу человека, пришедшего в храм прославить одно из величайших таинств нашей веры – Рождество Христово от Пречистой Девы.

Здесь все важно: и значимость разбираемого события, и его святоотеческая трактовка, и мерность фразы, и ее звучность, и ее утешительность, сладость, умиляющая душу.

Как не возрадоваться, не возвыситься духом, когда в том же каноне на Рождество Христово далее слышим: Иже духновения причащся лучшаго Адам перстный, и к тлению поползся женскою лестию, Христа от Жены видя, вопиет: Иже мене ради по мне быв, свят еси, Господи[16 - Там же.

Здесь вся радость, спасительность и непостижимость Богочеловечества Христова, и потому преподобный Косма продолжает эту мысль в следующем тропаре канона: Сообразен бренному умалению растворением, Христе, быв, и причастием плоти горшия подав Божественнаго естества, землен быв, и пребыв Бог, и возвысивый рог наш, свят еси, Господи[17 - Там же.

Основное здесь – возвышение рога, достоинства человека через вочеловечение Христово, через подаяние – благодаря этому вочеловечению – Божественного естества нам, земным и бренным.

Об этой величайшей радости и одном из основных догматов нашей веры преподобный Косма говорит спокойно, мерным и тихим языком, находит образы сильные, вкладывает их в нас, уверяет нас в великой и непостижимой к нам любви Божией и закрепляет, утверждает, что рог наш, достоинство наше возвышено, возвращено к своему начальному истоку.

Нам недостанет места ссылаться на все каноны преподобного Космы в направлении только что изложенном – оценки его произведений со стороны их поэтической и музыкальной ценности; каждый из его канонов имеет эти достоинства, причем применительно к тому событию, которое воспевается Преподобным песнописцем.

Может быть, в данном разделе стоит остановиться только на одном из тропарей канона на Сретение Господне, в котором преподобный Косма, проникая в состояние души святого Симеона Богоприимца, от его лица произносит песнь Богу, запечатленную насколько глубиною исповедания святого старца, настолько и непревзойденною поэтичностью.

Воздал еси мне, вопияше Симеон, – говорится во втором тропаре 9-й песни канона, – спасения Твоего, Христе, радование; восприими Твоего служителя, сению претружденнаго, новыя благодати священнопроповедника тайнаго, во хвалении величающа[18 - Минея.