Принцесса под прикрытием. Восьмой дракон

Для этого граф Вержес, подобравшийся к трону вплотную, и насадил на всех мало-мальски значимых должностях своих людей. Знать тоже, вполне естественно, сплотилась вокруг сильного лидера. Поддержка армии…

Филберт знал не понаслышке, чего стоит поддержка армии. Сам был узурпатором когда-то. Сегодня армия лояльна королю, завтра – тому, кто посулит больше.

Судя по тому, как в последнее время активизировались заговорщики, свержение Ансельма и смена династии не за горами. То же самое выходило и по прогнозам наблюдателей из Джагарта.

Конечно, бороться против огромного влиятельного клана силами одного маленького отряда звучало несколько утопично, но Берта это не смущало. Он смолоду привык действовать партизанскими методами.

Однако когда к его команде неожиданно добавились еще лорд Хатор и Бейли, баланс сил значительно изменился. Да притом, что теперь Филберт снова обладал магией.

С такими силами можно совершенно иначе строить игру.

***

Сейчас Хатор мог наблюдать, как Филберт с наемником на пальцах обсуждают некий план. Он не прилагал усилий, чтобы понять, и без того имел представление. А рыцарь с наемником обсуждали детали на забавном кодированном языке.

Рыцарь предлагал по нескольку ходов, в зависимости от развития ситуации, а Тан выстраивал стройную систему возможных доводов против, указывал на недостатки. Каждый раз вносились коррективы, и таким образом они быстро просчитывали варианты, выбирая оптимальный.

Хатор не мог не признать – очень неплохое взаимодействие.

Однако дракона куда больше интересовала женщина, неподвижно сидевшая рядом. Вот убей Бог, а хотелось ему увидеть лицо. Хатор даже пытался внушать ей снять плащ, однако без ментальной силы брата, увы, ничего не получалось.

Дракон чуть не сплюнул с досады. Придется ограничиться личным обаянием, а оно никогда не подводило. Просто это потребовало усилий, а ему хотелось прямо сейчас.

Он так погрузился в свои наблюдения, что чуть не прозевал вопрос, который наемник задал женщине:

– Бейли, а ты что скажешь?

И тут воцарилась тишина.

А женщина одним текучим движением подалась вперед и спросила:

– Берт, скажи, кем ты явишься в Илтирию?

Прозвучало неожиданно, вот теперь Хатор весь превратился в слух.

***

Для Берта это был жесткий вопрос.

Он на мгновение сжался, ощущения сродни ожогу.