Божественное Орудие. Том 1

– Старейшина Куйун, у вас есть другие предложения?

Она тут же потупила взгляд от его тона и налила себе еще рюмку крепкого напитка.

– Так… От меня вроде требовалась какая-то помощь.

Староста тяжело сглотнул и снова схватился за голову. Проведя минуту в размышлениях, он заявил:

– Боюсь, это нельзя откладывать. Путь до той деревни займет около восьми часов.

– Какой деревни? – недоуменно посмотрела на него Марта.

– В деревне Булут разыгралась нечисть или демоны. Старейшина, с этим сейчас справитесь только вы.

Нечисть? Демоны? Так вот чем она занимается? И откуда вообще эта нечисть взялась?

Марта не стала больше задавать вопросов старосте, поскольку сейчас не была готова услышать еще хоть что-то, что переворачивало её мирное существование.

Они закончили трапезу, староста деревни достал с полки внизу стола спички, и они отправились на выход.

На улице он бережно уложил на пень перо, и поджег его. После, он посмотрел на Марту, на лице которой все еще стояло недоумение, и сказал:

– Отправляйтесь в Булут по дороге направо.

Пока Марта выводила лошадь из стойла, староста успел войти в дом и выйти с ношей в руках.

– Возьмите, к ночи будет холодно.

Марта оглянулась на него и увидела, что он держит узорчатое пончо с большим капюшоном. Она взяла его у него из рук, и спросила:

– О, а как зовут мою лошадь? Я прозвала ее Пятнышком, но ей не понравилось.

– Ее зовут Миля, это самая быстрая лошадь в нашей деревне, – с добродушной улыбкой ответил ей староста, и вдруг хитро прищурился: – а мое имя спросить не желаете, Старейшина Куйун?

Марта почувствовала, как к щекам подкрался румянец и стыдливо спросила:

– Староста, как вас зовут?

– Меня зовут Дмитрий, – улыбнулся он.

– Спасибо вам за помощь! – сказала Марта и запрыгнув на лошадь направилась в сторону, которую ей указал староста деревни.

Глава 4. Сокол.

Марта выехала из деревни и, дважды пришпорив лошадь отправилась в сторону деревни Булут.

– Миля, значит? С именами у меня действительно туго, – посмеялась она. – Ну, понеслась!

Под недовольное фырканье кобылы Марта задумалась о том, что ей сказал староста. Неужели ей действительно триста лет? Словам этого мужчины хотелось верить, да и кому может понадобиться вот так шутить?

Значит, все, кого она знала, уже давно мертвы?

Щемящее чувство одиночества, усиленное настойкой на рябине, разлилось по ее телу и накрыло волной.