Иллюзия отбора

Потому в комнату я возвращаюсь в сравнительно неплохом настроении. Надо пережить две пары – историю магии и структуру боевых чар, – потом переночевать и отправляться в ближайший город, чтобы выжидать там Ника. Я решила, что можно отправиться туда пораньше, в собственном облике, но максимально неприметной одежде. Как раз отдохну от чар иллюзий.

Переодевшись в обычную форму, выхожу в коридор. Направляюсь к лестнице, снова пытаюсь затеряться среди однокурсников, но не получается. Едва я спускаюсь в холл, как с двух сторон меня окружают братья Баркель.

Это уже даже становится чем-то привычным.

– Привет, Шеклис, – говорит один из них.

– … младший сын барона Шеклис, – продолжает второй.

– И вам не хворать, – отвечаю я. Детский сад какой-то, а не элитная Академия Лойнех.

– Мы слышали, что тебе пришлось проходить отработку, – слово вновь взял Левый.

– Да еще и на кухне, – хмыкнул Правый.

– Да, обожаю чистить картошку, – безэмоционально отвечаю я.

– Ты хочешь сказать, что ты ничего не рассказал Лойнеху?

– В смысле? – я удивляюсь, но темпа не сбавляю.

– Не стал говорить небылицу о том, будто мы первые начали, – теперь уже правый.

– О нет, я сознался, что я начал первый, что вы – несчастные жертвы моего дурного характера, – усмехаюсь.

– Правильно, Шеклис. – Правый хлопает меня по плечу. – Так и должно быть всегда.

– Хорошего дня, младший сын барона Шеклис, – выплевывает Левый и хлопает меня по второму плечу. И мне почему-то кажется, что я совершила ошибку. Что мое относительное молчание может выйти боком, из-за чего братья Баркель совсем распоясаются.

Глава 6. Е – Есть нельзя разговаривать

Видимо, я слишком сильно ждала выходных.

Стоит солнцу только постучаться в мои окна, как я вскакиваю. Меня переполняют эмоции, волнение. Привычно перепроверяю кулон – никакой изморози – и облегченно выдыхаю. Может, я зря запаниковала? Может, все еще образуется?

Причем желательно так, чтобы об этом не узнали родители.

Строгости моему отцу не занимать.

Я слишком отчетливо помню, к каким методам воспитания он прибегал, когда мы были детьми. Кайду шесть, мне всего два. Мы дурачились, играли, и он случайно меня толкнул. Я заплакала от испуга, и брату всю ночь пришлось провести в темнице. В той самой, куда обычно отправляли провинившихся слуг. Я плакала, просила его выпустить, клялась, что сама виновата, что упала, – но отец был непреклонен, говорил:

– Мужчины рода Зерг должны уметь отвечать за свои поступки.