Позднорожденные. Том 3

Держать за это обиду было столь же глупо, как неволить деву, что предпочла другого. Сердце и службу отдают по своей воле. И все же Эльтан помнил, как Синай учил его, сражался рядом в войнах. Но служение отдал Линару. Потому что Эльтан принес ненавистный мир, а Линар развязал долгожданную четвертую войну? Нет. Десятый перст, Нилан, примкнул к нему за долгие века до Согласия о Землях. Так почему? Что Синай увидел в Линаре такого, чего не было в Эльтане? Чем же он был так плох? Ментор никогда ему об этом не говорил.

– Он придет. – сказал Синай и умолк, всем видом показывая, что говорить тут больше не о чем. Эльтан любовно оглаживал свой меч, гадая как там Мелана. Ей отрезают уши. Насколько это больно? Будут ли они похожи на людские? И почему он не может держать свою госпожу за руку, почему это все происходит в такой спешке. Спасибо Линару и его смертной жене! Когда он увидит Мелану? Увидит ли он ее хоть когда-нибудь?

Наконец, через час Линар встрепанный, без перевязи, с мрачным блеском в глазах и, конечно же, без Нилана, ступил на его балкон.

Машина затормозила, голова Софи качнулась вперед, и она проснулась.

Сонно посмотрела вокруг – огни круглосуточной заправки горели ярким неоном.

– Спи, я только бензина залью, – сказал Нилан, отстегивая ремень. – Тебе купить чего-нибудь?

– Я сама. – Софи завозилась отстегиваясь. Голос со сна был хриплым, словно она подхватила простуду. Вышла из машины, поеживаясь на ночном ветерке.

Они выехали из Сландена около часа ночи.

Нилану нужно был собрать вещи. Софи в нервном напряжении сидела на его продавленном диване и теребила сумку и сколько бы он ни говорил ей поспать, она просто не могла себя заставить.

Сейчас, когда решение было принято, промедление было ей мучительно. Время словно в насмешку текло по капле. Она сдастся властям. После шести месяцев под чужим именем, после того как ее объявили мертвой – ее разоблачат. Дальше было думать совсем страшно и Софи гнала мысли прочь.

Жуткая история синране Сильвин заставляла горло сжиматься спазмом ужаса. Одно дело слушать о людской жестокости как о старой страшной сказке и совсем другое ждать, что испытать это придется на собственной шкуре.

Ожидание было невыносимо. Ей хотелось выбежать на улицу, найти первую попавшуюся патрульную полицейскую машину и сдаться с повинной, чтобы ее забрали куда-то там в застенки Роша. Она вспоминала его холодные, цепкие карие глаза.