Ведьмин амулет

С ума схожу, не понимаю, что делаю и не помню потом ничего. А еще…

– Молчи, парень, – Анна перебила его, накрыла шершавой ладонью рот, и Женя замолк, – я и так вижу, что с тобой приключилось. Но не приворот это. Хуже…

Монахиня встала, Женя услышал, как мягко прошелестело возле него ее длинное черное платье. Отворив дверь, она взглянула на небо, а потом резко захлопнула дверь обратно, подперев ее поленом.

– Скоро уже начнется. Будь готов, копи силы.

– Что начнется? – Женя был не из пугливых, но тут, в темноте чужой избы, ослабев так, что, казалось, больше не встать ему с постели, он не на шутку испугался.

Но монахиня оставила его вопрос без ответа. Подошла к столу и стала поочередно открывать стеклянные пузырьки и готовить снадобье.

– Ведьма тебя выбрала, Женя. Таких, как ты, они и выбирают – сильных, красивых, здоровых. Выбирают и приманивают взглядом, опаивают зельем. Что с тобой и случилось… Теперь ты жених ее. Она из тебя жизненные силы пьет, чтобы свои силы подкреплять.

Женя тяжело вздохнул, закрыл бледное, осунувшееся лицо руками.

Ведь чувствовал, что с Ниной что-то не так, но сам к ней ходил, ничего с собой поделать не мог…

– Что же мне делать теперь, Анна? Я же сам не свой, когда ее вижу – такую молодую, красивую… Так и манит она меня!

Анна то ли засмеялась скрипучим смехом, то ли закашлялась.

– Красивую, говоришь? Красоту-то ее, парень, только ты и видал… Остальным-то она в своем обычном виде показывается.

Женя задумался. Начал вспоминать, сопоставил разговоры о Нине с другими людьми – так и есть, все сходится.

Только его юная красота слепила, никто из его знакомых парней больше и думать не думал на городскую учительницу засматриваться. Да и Наташа тогда посмеялась над ним. Что же, получается, он шуры-муры крутил со старухой?

– Да, парень, так и получается, – сказала Анна, словно слышала каждую мысль в голове у Жени.

Она взяла с печки котелок и залила кипящей водой сухие травы. От миски пошел пар, этим паром Анна дала подышать Жене, а потом окропила его всего.

Ему, как будто, сразу полегчало.

– А ты, матушка Анна, и сама, как ведьма, – Женя сказал это, а потом постыдился своей резкости и прямолинейности.

– Потому я и не матушка уже много лет. Не смогли в монастыре поверить, что Бог и силы мои колдовские – неразделимы. Испугались меня… Так что матушкой меня не зови, парень, иначе помогать тебе не стану.

В это время по крыше избушке что-то ударило, стены затряслись от какого-то мощного натиска извне.