Улыбка бога. В основе всего лежит вечная борьба между добром и злом. И борьба эта не прекращается ни на минуту

«Странно, – мучилась Ида, – сейчас день, а мне вечер мерещится… И белая статуя… люди вокруг… ступеньки холодные… и флейты, флейты…»

Глеб с интересом наблюдал за соревнующимися. Уже шестеро участников сошли с дистанции: обливающийся потом лысый мужик, хохочущий парень, заядлый гуляка, бородатый верзила, матерящийся без устали, какой-то горький пьяница и шустрый одноглазый мужичок.

Против Данька конкуренты не выстояли и десяти минут – он ещё только входил в раж, а у них уже заплетались ноги и сбивалось дыхание.

Неутомимый плясун был невысок и широк в плечах. Ни капли жира, сухопарые ноги в широких портах и лёгких сапожках. Молодые глаза смотрят задорно, но складки у усмехающегося рта говорят о тридцати, а то и более годах.

«Там-та-ра-та-та!» – не отставала проклятая мелодия.

Ноги сами собой начали отстукивать заводной ритм.

«Нам же деньги нужны, так? – подумала Ида. – А этот рыжий вон уже сколько с людей содрал. Если что – отдам ему серёжки, они вроде серебряные. А так – чем чёрт не шутит?»

И всё громче шумела медовуха в ушах: «Там-та-ра-та-та! Там-та-ра-та-та!»

– Подходи-подходи! – радостно орал зазывала, ссыпая выигрыш в тяжёлую мошну и пряча её за пазуху.

 – Мои гр?ши уводи! Перепляшешь Данька-волчка – тебе и вы-руч-ка!

«Ну, родимые, не подведите», – вздохнула Ираида, набрала в грудь побольше воздуха и крикнула:

– Я перепляшу!

Обернулась сразу вся толпа, образуя коридор любопытных. Глеб запоздало попытался схватить Иду за руку, но та, вручив ему пустую кружку, уже уверенно шла вперёд.

«Да… храм… плиты холодные… жертвенники горят…»

И всё тело уже вовсю подпевало за проклятыми ногами – а те подтанцовывали под притихшую мелодию, собираясь дать жару.

Ида подошла к зазывале, деловито подбоченилась, хитро прищурилась и расправила плечи.

– Я перепляшу. Проиграю – получишь мои серьги – они из чистого серебра.

Щербатый недоверчиво попробовал кольца на зуб, поворчал, но остался доволен.

– Пляши, девка. Проиграешь – кольца мои.

Выиграешь – все деньги твои.

Дударь откашлялся и набрал воздуха, прежде чем прильнуть к раздвоенной дуде. Бубенщик выправил сместившиеся пластинки и поднял инструмент в знак того, что готов. Данько усмехнулся, сплюнул на доски в грязном сене и встряхнул ногами.

– Начали! – неожиданно гаркнул зазывала, и музыканты грянули быструю мелодию.

Данько привычно отстукивал ногами ритм, а Ида, уловив пульс, поняла, что мотив откуда-то смутно знаком.