Мама, которую я любил

– Щаз-з-з! Мне работа не позволяет. Я сама себе не принадлежу.

Снова пауза. Как в спектакле. Громыхнуло во второй раз. Окно всё ещё было настежь.

– Ладно, хрен с тобой, оставайся ещё на денёк. А то мне скучно. А послезавтра придётся тебя ментам сдать. Они, скорее всего, тебя уже ищут.

Сильный порыв ветра скинул с подоконника пепельницу с окурками. За окном поднялся шум, и стена дождя с рёвом Ниагарского водопада обрушилась на столицу. Майская гроза прошла быстро, оставив после себя прохладу мокрого асфальта, свежесть молодой, но скудной зелени вечно болеющих в центре города деревьев и сырые крыши соседних домов.

5

На следующий день после завтрака, к которому мне подали тарелку пельменей и чай с шоколадными сырками, моя Лара объявила:

– Ко мне сегодня вечером один важный гость придёт, на пару часиков, прости, сама не ожидала, что так получится. Я тебя очень прошу сидеть мышкой в моей гардеробной. Если захочешь, я тебе мультики включу или фильм, любой какой пожелаешь.

Но только ни звука! И нос в коридор не высовывать. Понял? В туалет заранее сходи, а если припрёт, то хоть в штаны пуди, но выходить из комнаты без моего разрешения нельзя! А то я не знаю, что с тобой сделаю!

Я растерянно кивнул. А что, если это ловушка? Придёт какой-нибудь насильник-педофил или на органы порежут? А я ведь только сбежал, ещё не успел насладиться неведомым счастьем, и если Лара решила меня обмануть… Вернувшись в комнату, я судорожно стал продумывать план спасения на случай, если на меня нападут.

Получилось два варианта. При первом я вылезу в окно по заранее подготовленной верёвке из связанных между собой Регининых платьев. При втором – залезу на шкаф, который как раз стоит слева от входной двери, и, если они войдут, я спрыгну за их спинами, и пока будут меня искать, дам дёру.

В семь вечера раздался звонок в дверь. Я, кстати, забыл рассказать, что Регина весь день, где-то с двух часов дня мылась, одевалась, красилась, болтала с кем-то по телефону, а я сидел на кухне и играл в компьютерные игры на её ноутбуке, изредка отвлекаясь на её хождение с кухни в коридор, к окну покурить, к холодильнику или к барной стойке, которую она использовала и как обеденный стол, и как косметический, и для любого другого дела.

Меня отправили в комнату, забитую шмотками. В утешение дали компьютер.