Дары Дионаи

Лицо Дамиана на мгновение вытянулось, он вспомнил, что подумал о таком варианте, но пересилить себя не вышло. Словно что-то внутри не позволило ему совершить такое святотатство. И хотя парень прекрасно понимал, что отшельник прав, только поступил бы точно так снова. Потому что свою половинку убить не под силу никому.

– Я не смог, – выдохнул Дамиан, отчего Эймир замолчал и прекратил злиться. – Думал об этом, знал, что это будет единственный выход. Но не получилось даже рот открыть, хотя бы попросить кого-нибудь из друзей сделать это.

Закрыв глаза, Эймир покачал головой, а после проговорил:

– Лиру я забираю с собой на пару дней, – и заметив, как напрягся Дамиан, добавил: – Не беспокойся. Ничего с ней не случится. Она потоки восстановила, теперь надо за ней постоянно наблюдать. Ты же понимаешь, что не справишься. Но в свободное от занятий время можешь приходить.

Дамиан молча кивнул, подождал, пока исчезнет лёд, сковавший его ноги, после чего передал бессознательную девушку учителю.

Хватит. Сегодня они и так наломали дров. Пора было признать, что вся эта злость на учителя и ревность, просто смешны. Эймир лучше знает, что делать в таких случаях, вот пусть и разбирается. Главное, чтобы Лира не попыталась вновь убить отшельника, иначе в следующий раз они так легко не отделаются.

***

Открыв глаза, я нахмурилась, поскольку в упор не узнала потолок в комнате, где находилась. У меня и у Дамиана был балдахин над кроватью, а здесь лишь белоснежный потолок с весьма изысканной лепниной по середине.

Внезапно я вспомнила, как Эймир собирался меня убить, а после свою попытку убить его в ответ. Мамочки! Что же я натворила? Стыдно стало настолько, что я накрыла голову одеялом и застонала.

Рядом послышался тихий знакомый мужской смех, отчего стало к тому же страшно. Ведь смеялся отшельник. Завизжав, я швырнула в сторону мужчины подушку и начала отползать на край кровати, чтобы сбежать. Только меня быстро спеленали с помощью одеяла, вот прямо с ног до головы.

Видимо, чтобы много не кричала, или в попытке задушить – просто дышать реально стало сложно.

– И не надейся, пощады не будет, – произнёс Эймир замогильным голосом, только мне почудились в его голосе нотки смеха. – Выбирайся из-под одеяла и приводи себя в порядок, через час идём на кладбище.

Тут же я почувствовала, что меня больше не удерживают. И вроде надо было бежать, только слова Эймира удивили, как и интонация.