Курица в полете

Каникулы – святое время! Утром Элла убегала на пляж, купалась, плавала, загорала, а потом, оставив на пляже свое полотенце и книжку, тихонько смывалась. В условленном месте ее уже ждал Витька со своим стареньким мотоциклом, подарком старшего брата, живущего в Ильичевске. И они мчались в крошечный, полуразвалившийся курень на Четырнадцатой станции. Они никак не могли насытиться друг другом. А однажды, наврав бабушке с три короба, она уехала с ним на Каролино-Бугаз, туда, где Днестр впадает в Черное море. В будни там пустынно – и вместо тесного, не слишком опрятного куреня к их услугам было море, небо и песок.

– Элюня, – сказал вечером Витька, когда они сидели у костра, – давай поженимся, а?

– Давай! – легко согласилась Элла. – Но нас не распишут! Мне же только пятнадцать.

– Черт, я когда на тебя смотрю, не верю просто… ты такая… И буфера у тебя как у…

– Не смей так говорить! – оскорбилась вдруг Элла.

– Ладно, прости. Титечки…

– Прекрати!

– Ладно, ты лучше скажи, пойдешь за меня, а? Если скажешь «да», я знаю, как быть, чтобы нас расписали.

– И как?

– Ребеночка заделать!

– Спятил, да?

– Почему? Все продумано. Заделаем ребеночка, как только дадут справку о беременности, пойдем получим разрешение, и ты еще успеешь сделать аборт!

– Аборт? – возмутилась Элла.

– А что такого? Это небольно, говорят, бабам дают веселящий газ – и это кайф! Правда, потом неделю трахаться нельзя… Но как-нибудь потерпим.

– Мудак! – сказала девочка из приличной семьи.

– Думаешь?

– Уверена!

– Значит, не хочешь замуж?

– Замуж хочу, а аборт не хочу! Давай лучше знаешь как сделаем?

– Ну?

– Расскажем бабушке, все ей объясним, и она позволит нам жить вместе, нерасписанными. А когда мне исполнится восемнадцать, распишемся. По-моему, здорово! У нас большая квартира…

– Ага, так твоя бабка меня и пустила, жди! Я ж для нее уголовник!

– Ты не знаешь мою бабушку! И ты еще будешь ей помогать!

– Тесто месить, что ли?

– Нет, будешь отвозить на своем мотоцикле заказы!

– Ага, я в кино видал, как в Нью-Йорке какой-то парень развозил пиццу в коробках.

– Ага. Бабушка делала по заказу одной тетки, у которой муж итальянец.

– А что… Может, ты и права… Попробуй!

– Что? Поговорить с бабушкой?

– Ну да, чем черт не шутит… Она ж у тебя и сама вовсю еще гуляет, должна понять молодежь. Значит, ты согласна? Да?

– Да!

– В таком разе закрой глаза.