Дракон мятежной королевы

Слишком свежи были собственные воспоминания о столкновении с этой дрянью… Как давно это произошло? Полгода, год, два? Или целую вечность назад?

Быть может, поэтому он и оказался здесь? Об этом говорила злосчастная тварь, пообещавшая невероятную силу? О том, что он потеряет свободу… Будет жалеть, что стал рабом. Но одно дело – быть рабом богов, а другое – служить какой-то ведьме, еще девчонке, по сути! На такое Амоа не подписывался.

Нет! Он ни о чем не жалел. Ни об одном из своих поступков. Разве что сейчас, когда расправил крылья в пропитавшемся насквозь черной магией зале, запоздало подумал, что, возможно, это был не лучший момент, чтобы приоткрыть один из своих секретов.

Если связь ведьмы не отпустит его сейчас, Киара сможет просто запретить ему обернуться снова, лишив его рычага воздействия.

Липкая черная капля упала с потолка на макушку, вернув к реальности. Амоа резко потряс головой, чувствуя, как внутри зарождается пламя.

Пусть магически эта дрянь не действовала на него, но она рождала слишком много ненужных воспоминаний, подкармливала внутренних демонов, напоминала о том времени, когда Амоа сам был не более значим, чем грязь под сапогами благородных.

Напоминала, что ему некого винить в своих бедах, кроме себя.

Пламя вырвалось из раскрытой пасти, ударяя в стены. Приходилось концентрироваться, не давая огню вырваться на волю, чтобы не уничтожить больше, чем нужно. Да, Амоа мог бы сжечь весь город дотла. Вот только, как показал опыт, Киару это все равно бы не убило.

Киара. Ее имя звучало как рык рассерженной львицы. И сама она была похожа на дикого зверя – такая же язвительная и своенравная, готовая в любой момент отразить нападение. Явно не из тех девушек, которые занимаются ведением домашнего быта и вышивают в свободное время.

И как ему ни претит мысль подчиняться ей, нельзя в очередной раз позволить гордости управлять собой. Амоа должен быть умнее, хитрее этой заносчивой ведьмы.

Все эти ее намеки, поглаживания.

Очевидно, что флиртовать и заигрывать юная Хранительница не умеет – слишком уж топорно действовала. Но Кая явно пыталась его соблазнить, и Амоа чувствовал, как от ее касаний по телу разливается незнакомое прежде тепло. Это было странно, но неожиданно приятно. Должно быть, какое-то последствие ритуала. Казалось, что с кончиков ее пальцев соскальзывали колючие искорки, обжигая кожу. И мужчина видел, что на нее это действует точно так же.