Дракон мятежной королевы

Амоа недовольно блеснул глазами, а Кая на это лишь вздохнула и, несмотря на свои слова, все же сосредоточилась, призывая магию и очищая себя заклинаниями и косметическими рунами. Затем еще один магический пасс – чтобы изменить вид платья, разгладить на нем даже самые мельчайшие складки.

Ничто не сравнится с настоящей ванной, да и прибегая часто к заклятиям чистоты, можно получить побочный эффект – вплоть до снятой заживо кожи, но сейчас действительно лучше сэкономить время.

Все же почему за ней до сих пор никого не послали?

Ответ обнаружился практически сразу, как только она решила выйти из комнаты.

За дверями столпилось около пяти слуг, и все они выглядели испуганными. Неужели постучать не решались? Из сбивчивых объяснений стало понятно, что стучать они пытались, и не один раз, вот только, видимо, руна тишины, которую Кая вчера наложила на стены, была такой силы, что не пропускала звуки не только наружу, но и внутрь.

Слуги то бледнели, то краснели, мешались под ногами, мямлили что-то, путаясь в обращениях.

Видно было, что им всем уже объявили об изменившемся положении дел. Что ж, пока она была готова закрыть на все это глаза.

– Сколько сейчас времени? – спросила Кая, хотя вполне могла бы наколдовать руну времени.

Следовать советам Амоа и сразу показать всем, кто она, не хотелось. И так слуги слишком шарахались от ее движений и пасов руками.

Да, как ведьму-Хранительницу ее хоть и боялись, но уважали, потому что знали – она следует законам и никогда не пойдет против воли короля.

Будут ли ее уважать как королеву?

Оказалось, что уже почти полдень, а Ирил Нест дожидается ее в тронном зале. Идти туда сразу Кае не хотелось, да и голодный желудок давал о себе знать. Немного поразмыслив, девушка направилась в малую столовую, где обычно завтракали члены королевской семьи.

В этот раз Амоа не пошел за ней без прямого приказа, но, несмотря на то что Кая ругала его советы и не собиралась ими пользоваться, она испытала сожаление.

Пусть присутствие мужчины добавляло ей злости и раздражения, но, как ни странно, решительности и уверенности – тоже.

Впрочем, нианец в состоянии сам о себе позаботиться, а после оглашения всех изменений слуги должны подчиняться и ему, так что нет смысла просить отнести для мага еду в комнаты. Захочет есть – разберется сам. Кае вдруг подумалось, что, возможно, Амоа был вчера такой несговорчивый как раз потому, что был голоден.