Дракон, что меня купил

Но ведь не может же быть все так просто? Браслет наверняка зачарован, а тот, кто повелся на «бешеную», вероятно, ищет повод наказать рабыню за попытку бегства.

– Ты еще здесь? – обернулся к ней демон-дракон, поглядывая на свое приобретение.

– Вы велели идти за вами…

– Хозяин.

– Что?

– «Вы велели идти за вами, хозяин» – обращаться стоит должным образом.

Внутри все похолодело от перспективы подобного общения. Никогда в жизни она не считала кого-то выше себя. Даже находясь замужем, относилась к мужу как к равному, не думая о том, что ее жизнь находится в его руках.

Впрочем, зря она об этом не думала тогда, может, теперь не было бы так мучительно.

– Вы велели идти за вами, хозяин. Я выполняю… хозяин, – послушно повторила она.

– Быстро учишься, – безэмоционально заметил мужчина, снова отворачиваясь.

И вот что это было? Намек на то, что он все же ожидал попытку бегства? Живот тянуло от волнения при мыслях о желанной свободе. Как близко! И вместе с тем – далеко!

Встречные люди расступались, купцы почтительно кланялись: драконы весьма почитаемы, а уж демоны-драконы – тем более.

Она даже слышала предположение, что сам бог Амон – всего лишь демон-дракон, познавший секрет вечной жизни и поделившийся им со своей женой – демоницей Намоой. Но это было ересью, и за повторение такого вслух вполне могли вздернуть как иноверца.

Они остановились у ювелирной лавки. Килеск зашел внутрь, приказав ждать. Арда осталась одна. Что делать? Все время, что шла следом, чувствовала на себе множество любопытных и изучающих взглядов, заставлявших сильнее кутаться в пропахший потом плащ толстяка.

Вряд ли ей удастся далеко уйти. Ее точно запомнило множество людей и магиков. Кто не захочет выслужиться перед демоном-драконом? Но как же одуряет близость свободы. Не давая себе опомниться и прекрасно понимая, что делает глупость, она развернулась и сделала первый шаг.

Тут же резко затормозила, обзывая саму себя последними словами. Куда она пойдет? В родительском доме живет дядя.

Нужна ли ему такая обуза – беглая рабыня, за укрывательство которой ждет тюрьма? К мужу? Чтобы отомстить?

От мыслей, как она наносит удар ему в сердце ножом, что-то внутри сладостно скручивается. Пусть даже после этого ее поймают и казнят. Желание мести переполняет ее, кипит, но… нет. Арда не сможет убить. И не просто убить, а оставить при этом еще не родившегося ребенка без отца. Их мир слишком жесток к сиротам. Уж она-то знает, как тяжело без родителей.