Мама поневоле, или Невеста ледяного дракона

Но стоило им предложить ей разделить с ними трапезу, отказаться она не смогла.

Она никогда не ходила на рынок у себя дома, но часто просматривала записи экономки с отчетами о расходах, поэтому знала, что сколько стоит. Пожалуй на Севере все цены нужно было умножать как минимум на два. Тем не менее, денег брать с нее не желали.

Через два часа у нее оказалось с десяток куриц, молодая, недавно телившаяся корова, два мешка муки, мешок зерна и еще один мешок с сушеными яблоками.

Алекса и сама удивлялась тому, как позволила себя уговорить принять это.

Ладно куры, но чем она будет кормить корову?

– Вы берите, берите, – подбадривал ее осмелевший старик. – Хозяйка ее недавно скончалась, хворая была, сена почти не запасла. Если не заберете, все равно придётся зарезать на мясо. Посреди зимы никто не возьмет лишнюю животину в дом.

Корова при этом смотрела на Алексу своими грустными волоокими глазами и с нечитаемым выражением на морде жевала жвачку.

Поняв, что денег с нее никто не возьмет, княжна вынуждена была прибегнуть к приказному тону, который порой использовала еще дома.

Услышав повелительные нотки староста не посмел ослушаться и оставил себе сундук, пообещав раздать из него деньги всем, кто помогал сегодня Алексе.

Вдобавок к корове, ей дали небольшую телегу, в которую она запрягла флегматичное животное.

Погрузив на телегу все, что она сегодня получила, и аккуратно уместив обмотанные теплыми шкурами клетки с курами, Алекса погнала животину в сторону видневшегося в отдалении ориентира.

Торчащий ледяной шпиль, словно большая длинная игла, пронизывал небо.

Интересно, Ледяной сильно будет недоволен, что она притащит живность в дом? С одной стороны, это явно добавит хлопот – Алекса знала, как ухаживать за домашним скотом, лишь в теории, да и повелитель Севера уже упоминал, что терпеть не может животных, а с другой – всегда свежее молоко и яйца – это же здорово.

Увязавшаяся стайка детей, шедшая в отдалении и перешёптывавшаяся, отстала довольно скоро.

За исключением тощей невысокой девчушки лет пятнадцати на вид.

Одета та была плохо, даже на фоне не слишком богатых селян выделяясь залатанным пальтишком и очень большими валенками, явно подобранными не по размеру.

Вместо шапки на голову был повязан тоненький платок.

Не выдержав, Алекса остановила корову, при этом колесо продолжавшей ехать телеги чуть не отдавило ей ногу.