Изгнание Александроса

– У меня тоже фамилия, – торжественно сказал он, – Левит! Мы из рода Аарона!

Дальше он стал рассказывать мне про человека, у которого палка из дерева то зацветала, как кустарник, то превращалась в змею. Потом перешел к дальнему предку, отстраивающего непонятный тогда для меня Третий Храм, про отца, который в этом Третьем Храме возносит Ему просьбы и так называемые «молитвы». Элияги утверждал, что если у Него попросить чего-то, и попросить искренне, от всего сердца, то Он исполнит твою просьбу.

– Вот попроси у Него что-нибудь! – говорит мне Элияги.

– Что попросить?

– Ну, не знаю… Еды попроси.

– Зачем мне попросить еды, если я прекрасно знаю, что меня обязательно накормят?

– Не знаю, Адамиди! – Элияги хмурит брови.– Думай, пожалуйста! И думай головой, а не задницей, как говорит мой дед. Как ты с такой фамилией так плохо думаешь?

Я совершенно не обижался.

– А давай я попрошу у Него полёт на несколько дней за приделы нашей системы?

– Правильно, попроси! -обрадовался Элияги, а затем посерьезнел.

– Нет! Конечно, нет!

– Тогда проси!

В тот же день я долго просил у Него полет за приделы нашей Солнечной Системы.

Полета за приделы нашей системы не было. Зато мы навестили брата Димитроса на Европе, в его научном городе под толстыми многокилометровыми слоями льда и воды. Пару лет назад он вернулся с далёкой планеты, и стал снова заниматься научной работой на спутнике Юпитера. Но домой всё равно почти не прилетал.

Гуляя по длинным и широким прозрачным коридорам-улицам подводного городка, в котором жил и работал мой брат, отдыхая на чудесных лугах с вкусно пахнущей травой под имитацией неба, которого почти невозможно было отличить от настоящего, или в ночном лесу под соснами в городском парке, плавая на батискафе под водой, которым лихо управлял мой брат, я подумал, а есть ли Он здесь, на Европе, или Он только на Земле?

– Он везде! – даже как-то обиженно сказал мне Элияги по прилёту.

– А что надо делать, чтобы Он все исполнил полностью?

– Верить в Него, -сказал Элияги после паузы, – вот верил бы, что Он не только на Земле, и за приделы нашей системы вылетел бы.

Мы сидели во главе стола в праздничных туниках и в венках из полевых цветов. Запястья наших рук и лодыжки ног украшали браслеты. На шеях висели ожерелья из ракушек.