Мой бывший темный

Я успела вернуться в кабинет к директору, упрашивала его дать время, все-таки попробовать разыскать эти чертовы коробочки.

Меня начали снова пугать полицией и последствиями, когда в дверь постучали.

– Кто там еще?! – рявкнул директор, поднимаясь со своего стула и нависая надо мной через стол. – Романова, не видишь, там уже люди ждут? Подпиши и уматывай. Последний раз прошу по-хорошему.

– Запугиваешь подчиненных? – раздался за спиной знакомый голос. – Я тоже люблю запугивать.

– Ты кто вообще?! Ирина, ты кого впустила?! – крикнул Василий Семенович своей секретарше, круглыми глазами смотря на вошедшего.

– Ирина спит, и, учитывая зарплаты, которые ты тут у себя платишь, может ли ее кто-нибудь упрекнуть за сон на рабочем месте?

– Это режимное предприятие. За незаконное проникновение сюда положен арест, – начальник посерел лицом и пробормотал сквозь зубы какое-то ругательство.

Виктор неторопливо прошел вглубь комнаты и встал за моей спиной, положив руки на плечи.

– А пахнет как на псарне… – сквозь зубы прошипел бывший, так что слышала только я.

Я боязливо принюхалась. Вроде бы ничем не пахло.

Одно его присутствие давило, даже дышать стало труднее. И тем не менее я почувствовала себя защищенной. Если кто-то и мог мне навредить здесь, то только он сам.

– Что вы там бормочите?

Правильно ли я сделала, позвонив ему?

– Говорю, как невежливо с моей стороны, – тон не предвещал ничего хорошего. – Я не представился. Виктор Альбертович Алмазов.

На лбу директора выступили капельки пота.

– Алмазов? – сглотнув, повторил он. – Эээ… А я Петров Василий Семенович.

Он звучал жалобно.

– Приятно познакомиться, Василий Семенович, – тоном Виктор напоминал кота, который задумал поиграть с мышью.

– А чем я обязан? Представитель фармкомпании на промышленном предприятии… – он виновато развел руками и нервно улыбнулся. – Это так неожиданно. Если бы я заранее знал о визите… может быть, желаете экскурсию?

На последнем слове голос сорвался на высокие ноты, дав петуха.

– Не желаю, – он снова сжал мои плечи, слегка разминая и массируя.

Сердце забилось чаще от его прикосновений. Когда-то давно он делал точно так же. Я словно перенеслась на полгода назад, когда еще не знала о существовании скрытой стороны его жизни.

Чуть подалась навстречу этим чутким рукам…

Интересно, а он еще ко мне хоть что-нибудь чувствует?

И тут же обругала себя. Что за глупость! Нет у него никаких чувств.