Мой бывший темный

 – он явно начинал злиться, вот только я чувствовала абсолютное безразличие. – Почему мне не сказала? Я имел право знать! Как ты собиралась растить его одна? Это ведь даже не твоя квартира! Пока искал тебя сегодня, навел справки, у тебя нет никаких накоплений. Банковские счета пусты, несколько кредитов висит. Ника?!

Вопросы сыпались как из рога изобилия, а мой затуманенный разум просто не поспевал за ними, и я начала сдавленно мычать, принимаясь отвечать на один и сразу перескакивая на второй, третий.

Виктор, видя это, щелкнул пальцами, и я тут же очнулась от странного оцепенения.

– Что только что?.. – подняла глаза на стоявшего рядом мужчину. – Что ты со мной сделал?! Опять… твои штучки?! Как тогда… да?!

– Мы сейчас обсуждали совершенно другие вещи, – хмыкнул он, все еще озадаченно разглядывая мой живот.

– Уходи, – внутри клокотала темная ярость, и хоть я ничего не могла противопоставить этому мужчине, нестерпимо хотелось наброситься на него с кулаками.

– Если ты не хотела иметь со мной ничего общего, то сейчас уже поздно для этого, не находишь?

– Выметайся из моей квартиры.

– Да, конечно, – он неожиданно сменил тактику. – Мне тут не место.

Я нахмурилась, не понимая, в чем подвох.

– Рада, что ты это понимаешь.

Он чуть поклонился, словно бы актер в каком-то фильме о средневековье, и недобро улыбнулся.

– Не знаю, остался ли у тебя мой номер телефона, – он протянул визитку, но я не притронулась к ней.

Постояв немного, он положил ее на тумбочку около двери.

– Это и мой ребенок тоже. И раз уж ему суждено родиться, я намерен быть его отцом. Не знаю, проходила ли ты соответствующие обследования… Тебе придется обратиться в мой центр, чтобы я убедился, что все в порядке. Но я дам тебе время свыкнуться со всем этим. Если надумаешь пообщаться раньше, позвони. Нет – найду тебя сам. И не вздумай снова убегать.

Произнеся эту пафосную речь, он снова манерно поклонился и наконец вышел, оставляя меня одну.

Я же лишь прижала ладонь к лицу, чтобы не завыть в голос, и медленно сползла по стенке. Какая же я дура!

Ребенок, словно ощущая мои эмоции, толкнулся в животе, я приложила к этому месту руку.

– Тише, маленький, тише… У нас все обязательно будет хорошо. Я не дам тебя в обиду этому уроду!

И ведь он снова сделал это.