Философия старости

Овидий в «Метаморфозах» представляет человеческую жизнь, как череду сменяющихся периодов, которые он сравнивает с временами года:

Не видите ль вы, как год сменяет четыре

Времени, как чередом подражает он возрастам нашим?

Маленький он, сосунок, младенческим летам подобен

Ранней весной; ярка и нежна, еще сил не набравшись,

Полнится соком трава, поселян услаждая надеждой;

Все в это время цветет; в цветах запестрел, улыбаясь,

Луг благодатный; но нет еще в зелени зрелости должной

В лето потом переходит весна, в могучую пору;

Сильным стал юношей год, – мощнее нет времени года,

Нет плодовитей его, бурнее в году не бывает.

Осень наступит затем, отложившая юности пылкость,

Зрелая, короткая; год – не юноша, но и не старец —

Станет умерен, – меж тем виски сединою кропятся.

После старуха зима приближается шагом дрожащим,

Вовсе волос лишена иль с седыми уже волосами…

Овидий называет старость «шаткой», «подрывающей жизнь» и «разрушающей прежние силы». Человек превращается в бессильное, беззубое, дряблое существо, с глубокими морщинами, которое медленно подстерегает смерть, уничтожающая всё.

Старость, по Овидию, – четвертый возраст.

У Цицерона имеется трактат «О старости», построенный как диалог-диспут с несколькими старцами. Что делает старость жалкой?:

– старость препятствует деятельности

– старость ослабляет тело

– старость лишает наслаждений

– старость приближает смерть.

Всё это Цицерон считал предрассудками, достойными опровержения:

– мудрость, здравый смысл и жизненный опыт дают старикам возможность принимать правильные решения.

«…Старость не только пребывает в бездеятельности и праздности, но даже трудоспособна, и всегда что-нибудь совершает и чем-то занята» [68].

– чтобы в старости сохранить здоровое тело, необходимо с молодости относится к нему с заботой, а также выполнять упражнениям, умеренно питаться.

– старость не ищет плотских наслаждений, ее радости скромнее, но возвышеннее: удовольствие от философских размышлений и интеллектуальных бесед, радость от осознания своего авторитета в обществе.

Цицерон благодарит старость за то, что «она усилила жадность к беседе, а жадность к питью и еде уничтожила» [68].

– к старости человек становится мужественнее и сильнее молодого, так как он преодолевает свой возраст и презирает смерть. «И в этом состоянии люди полнокровно живут, пока могут творить и вершить дела, связанные с исполнением их долга…» [68].