История Левино Алигьери

– Другой город, ближе к югу, – поспешил добавить я, – Думаю отправиться южнее. Я нигде не был. Хочу увидеть больше, – взволнованно поправился я.

– Послушайте, синьор Алигьери, я человек прямой, поэтому скажу прямо. Никто нас нигде не ждет. Не знаю, что толком у вас произошло, но мой вам совет, вернитесь домой или создайте таковой. Если не куда возвращаться, создайте семью и найдете свое место в жизни, – серьезно посоветовал он. – И ради бога, не сваливайтесь внезапно на голову незнакомых людей. Чести вам это не прибавит.

Когда мы прибыли на постоялый двор, я был разбит и чувствовал себя ненужным, хотелось бежать как можно дальше и забиться в отцовское кресло вновь. Только это было не возможно. Что делать дальше я не знал. Оставаться еще хоть на час в этом городе сразу расхотелось, к счастью, не пришлось. Карета прибыла на постоялый двор раньше обычного, погрузка уже шла полным ходом.

После краткого рукопожатия синьора Монти, я сел в карету, увозившую меня, я даже и не знал куда, знал только направление на юг.

Глава 4

Раскачиваясь в карете, как в крохотной лодочке на волнах я ехал, не имея ни малейшего представления, куда держу путь. Спросить же никого не имелось ни малейшего желания, вообще разговаривать ни с кем не хотелось, поэтому даже если случайные попутчики высказывали свое желание пообщаться, я отвечал односложно и у них пропадало желание мне докучать.

Я скучал по знойному солнцу родного города, по шумному своеобразию ее жителей и по лунным ночам.

Поэтому почувствовал облегчение, когда случайный человек спросил кучера, куда мы держим путь, и тот ответил, что на юг. На какое-то мгновение я испугался, предположив, что они везут меня обратно, домой в Италию, как вдруг речь зашла о побережье Франции. Когда же кучер упомянул Арфлюрер, мое сердце подпрыгнуло от неожиданности. Спустя пару минут мне удалось совладать с собой. Я решил примириться с этим и отправиться туда, куда меня направляла судьба, точнее туда куда меня направляла отец после того, как покинул этот мир.

Там то и настигла меня смерть.

Я прибыл в Арфлюрер жаркой летней ночью восьмого августа одна тысяча четыреста восемьдесят второго года. Это была чудная ночь. Мягкий соленый бриз нежно ласкал мое лицо и приносил успокоение. Яркая луна подмигивала мне сквозь облака с небес и я тоже был рад ей. После сырости и грубости нормандского климата она показалась мне другом, радушно открывающим объятья после разлуки.