Голодание, водолечение и упражнения Макфаддена

Когда таксу подняли, изо рта и ноздрей у нее струилась кровь и солдаты посоветовали мне «избавить ее от страданий» Но такса была любимчиком моего младшего брата и, немного поколебавшись, я решил отвезти ее домой в корзине и дать шанс собаке все-таки излечиться. Обследование показало, что у нее сломаны две ноги и три ребра и судя по тому, как она то и дело поднимала голову и задыхалась, казалось вероятным, что ее легкие также были повреждены.

Уже было выбрано место ее могилы, но на следующее утро она была еще жива и выпила пинту (примечание переводчика: 0,47 килограмма) воды.

В течение двадцати дней и двадцати ночей маленькая такса цеплялась за жизнь и свою обитую ватой корзинку, не притрагиваясь ни к крошке твердой пищи, но всегда готовая слизнуть несколько капель холодной воды, предпочитая даже молоко или суп. В конце третьей недели она сделала усилие, чтобы покинуть свою лежанку, а через несколько дней ухитрилась шататься по полу, чтобы воспользоваться преимуществом места у очага. Она прервала свое голодание блюдечком сладкого молока, но только к вечеру двадцать шестого дня начала проявлять личный интерес к содержимому полной тарелки с мясными объедками, которую каждое утро ставили возле ее корзины.

Перед концом зимы она сопровождал своих друзей в тот самый манеж и была показана ветеринарному врачу полка. Плохо сросшиеся кости сделали ее ноги немного кривыми, но она снова могла бегать и подтверждать силу своих легких громким лаем. Явный случай выздоровления, несмотря на – мы не рискнули сказать благодаря – полному воздержанию от лекарств.

«Чем вы ее кормили? – осведомился хирург, считая само собой разумеющимся, что Природе так или иначе помогали.

«Мы ничего не давали в течение первых трех недель».

«Что?»

«Ничего, сэр. Или, если быть точным, ничего, кроме воздуха и воды».

Хирург покачал головой. «Крутые ребята эти таксы, – пробормотал он, поглаживая парадокс носком ботинка. «Ну и жизнеспособность у этих животных!», – вероятно, подумал про себя, «идея о том, что эта такса выздоравливает, несмотря на такое пренебрежение к лекарствам и пище».

У хирурга К. был набор инструментов и он мог бы дать маленькому пациенту – рецепт на блюдо из говядины, вино и железо с помощью желудочной воронки. Но сможет ли маленькая такса пережить дополнительное несчастье, это другой вопрос.

Инстинкт лечения голоданием не ограничивается нашими глупыми собратьями.