Отрави меня собой

– Танец! Танец! – скандировали парни, подскочив со своих мест, девушки пренебрежительно улыбались, готовясь радоваться унижению других.

– Итак, Мариша, ты сама выберешь, кого отдашь нам на съедение или мы сами справимся? – снова насмешливый голос Дэна заставил помещение вздрогнуть от хохота.

– Я вызываю полицию, – четко предупредила Марина, и достала телефон.

Однако Борис и парочка ребят были начеку, и мобильный администраторши пошел гулять по рукам.

– Мы хотим приватный танец от официантки, – потребовал Лавр, медленно прохаживаясь по залу, где его друзья и подруги, накачанные алкоголем, уже умышленно роняли посуду, бросали бокалы в стены, дико выкрикивали свои пожелания и вели себя, как бешеные свиньи.

Дэн сорвал скатерть на одном из столов, стоящих ближе к центру, а Вадик по одному знаку Лавра вытолкал Медведеву вперед. Две другие девчонки запищали от возмущения и страха. Администратор Марина посмотрела на девушку, лицо которой потемнело, и схватилась за сердце. Быть беде, прочитал Лавр ее физиономию.

Медведева выпрямила спину так, будто кол проглотила, чем несказанно порадовала Лавра. Он обошел вокруг нее, оценивающим взглядом прошелся по ее фигуре и встал сзади. Склонившись вперед, он с самыми отвратительными и оскорбительными нотками в голосе зашипел девушке в ухо:

– Раздевайся и танцуй. А я хорошо заплачу.

Она дернула плечом, а Лавр уже вдыхал аромат ее волос, и тонул в каких-то медовых травах и вкусных фруктах. Именно вкусных, потому что рот его наполнился слюной, а возбуждение уютно устроилось в низу живота.

Некоторые зрители уже достали свои айфоны, приготовившись записывать представление. Ведь им всем было известно, что никто не смел перечить Лавру. Он, кого хочешь, в бараний рог скрутит. А если девочка окажется умной и послушной, то в накладе не останется. Неделька-другая шантажа и позора и всем скоро она наскучит.

Медведева обожгла Лавра взглядом своих глаз, зацепив, казалось, что-то на самом дне его почерневшей души. Поджав губы, девушка мимолетом глянула на стол, по которому также нетерпеливо похлопывал Саня и раскладывал на поверхности зеленоватые купюры. Пальцы ее теребили пуговицу жилетки, а потом она вздернула подбородок и двинулась прямо к Лавру. Нет, на него.

Артём плотоядно облизнулся. Все такие.