Уссурийская метелица

Славу Урченко майор пристроил к ломику, поскольку ударные ломовики нуждались в постоянной подмене, иначе не успевали за вешечниками.

За работой советских пограничников наблюдали китайские граждане. Их было поначалу немного, человек двадцать, затем к ним стали подходить ещё и ещё. Они шли медленно вдоль строя новых вешек, о чём-то разговаривая, посмеивались.

Одеты граждане были в тёмно-синие и зелёные бушлаты, фуфайки, в шапки – больше ватные, тряпичные; на ногах штаны из побуревшего грубого холста и мало у кого из них были валенки: в основном – кеды, ботинки, или сапоги, размера на два больше ноги.

Вся эта братия выглядела нищенски, бедно, на бушлатах и фуфайках виднелись клочки ваты, а из дыр кед проглядывали портянки. Но, однако ж, братва была воодушевленная, говорливая. Особенно, молодые ее представители, державшиеся отдельной групой.

"Бедность – это хорошо", – вспомнил Романов одну из цитат Мао Дзе-дуна.

Морёнов спросил начальника заставы:

– Товарищ майор, не напрасны ли наши труды? Только уедим – сломают.

Майор, подняв из кучи ветку, не ответил. Пошёл с ней к очередной лунке. Солдат прав, но выполнить работу они обязаны.

7

За полтора года службы на границе, Юрий уже мог узнать по внешнему виду и по поведению китайцев-старожилов, проживающих в деревне, от вновь прибывших людей из центральных районов Китая. Те, что проживали на севере, на границе с Россией, выглядели хоть и бедно, но опрятно, в тёплых одеждах и были приветливы: здороваясь, всегда улыбались и непременно с поклоном, и даже пытались заговаривать, многие из них знали русский язык.

Особенно частая близость с ними происходила в кетовую путину, а в последнее время – и зимой.

В северных, более суровых районах Китая, несмотря на обилие политических лозунгов, цитат Мао и прочей продукции подобного рода, многим, если не большинству, всё же хотелось естественной пищи, от которой могла бы (быть может) лучше усваиваться и идеологическая. И, не находя подкрепления для желудка своего у себя на Родине, отчаявшиеся, искали её у соседа за кордоном.

Они не заходили вглубь сопредельной страны, не выходили разбойниками на большие российские дороги, а притаивались в прибрежных кустах Уссури и поджидали советских пограничников. Ну, а за теми дело не встовало, – нарушителей препровождали на заставу, где жизнь становилась для китайца – райским наслаждением! Радость для желудка и для живота на целую неделю. А кому повезет – и более.