Уссурийская метелица

Тут абы с кем не пойдёшь.

После того случая начальник заставы, в то время капитан Хабибуллин, Урченко стал чаще использовать на хозработах, где он так и прижился. Благо, что кое-что понимал в крестьянском хозяйстве. И теперь, если здраво рассуждать, то, что лучше: фланги мерить или коров доить? А самолюбие… Да хрен с ним, пережили, и дальше как-нибудь переживём. На хозработах тоже кому-то надо, и притом с понятием. А почему не ему?..

И всё-таки на душе иногда свербело, испытывал некоторую неловкость перед товарищами, и оттого иногда переживал, что у него всё что-то не так.

Занимается не тем, служит не по назначению, и обязательно на чём-нибудь да прокалывается.

– Ну, вот какого чёрта меня понесло по сугробам? Где дорога, язви её?!. Что я товарищу майору скажет? Как буду выглядеть перед ребятами? И пошто мне так везёт в жизни? Как прокажённому…

5

– Морёнов, Бабенков, не останавливаться! Бегом, бегом! – торопил майор.

Прокопенко отстал. Он уже выдохся. Но Романов не торопил его: дойдёт, добредёт.

Этот не из купели. И помогал пострадавшим, подталкивал их.

– Вперёд, ребята, вперёд!

Майор с тревогой посматривал на портянку на ноге Морёнова. Она отсырела и ослабла, и кое-где пузырилась. В эти пузыри набивался снег.

Они уже были за косой. Оставалось бежать может быть метров шестьсот. Но за косой, на открытом месте, ветер ощущался ещё острее. За бегущими людьми он тянул по льду тонкую позёмку снега, заметал следы. Дул навстречу, в лицо. Пробирался под одежду, студил галифе, мокрые кальсоны и то, что в них.

Морёнов, засунув руку в ширинку, согревал ладонью хозяйскую часть, она замерзала, особенно поплавок. Обмёрзшие брюки-галифе начали ломаться в местах изгибов, похрустывать.

Но солдаты настолько вымотались за этот спринтерский рывок, что уже едва передвигали ноги. И если бы не майор, давно бы перешли на шаг. Романов подталкивал: вперед!..

Но где же Урченко? Они уже скоро сами доберутся, и без подводы. Нет, Потапова надо, наверное, вести. Как Потапов его назвал? Мерином?.

. Что-то в нём есть такое…

– Бабенков, Володя! Вперёд! – прикрикнул майор.

– Тов… товвварищ май-ёор, я… всё! Выдохся и засох, – тяжело проговорил Бабуля.

– Владимир, не раскисай! Будь мужчиной.

Романов повлёк за собой солдата, подхватив его рукой, которую освободил от портупеи, – во время бега надел её. Другой рукой придерживал платочек у щеки. Бабуля заплетающимися ногами едва поспевал за ним.

Морёнов бежал. Бежал тоже из последних сил.