Алгоритм вечной молодости

Будто бы целая стая набежала, ну и собаки забрехали что есть мочи, скотина забеспокоилась. Так продолжалось неделю подряд. Народ – те, что верующие, конечно, – днем и ночью из церкви не вылезали, перед иконами свечки жгли кто за здравие, кто за упокой. А в лесу, чуть ночь-полночь, странное уханье и свечение синеватое, как газовая конфорка. А через месяц вдруг появляется… не то чтобы Варвара Тимофеевна, а ее молодая копия. Назвалась эта женщина Настасьей, сказала, что, мол, внучатая племянница она Тимофеевны.

Бабушка Варвара умерла, а дом к ней по наследству перешел. И главное, документы честь-честью показала.

Красоты она была неописуемой: коса до пояса, волосы черные, глаза зеленые – в общем, как в сказке. И устроилась в районную библиотеку. Тут все местные мужики стали туда паломничества устраивать – читателям заделались. Она же, хоть со всеми вежливая и приветливая, на них даже и не глядит. И у самой в глазах тоска и скука какая-то смертная. Женщины наши ее невзлюбили, как и Тимофеевну.

А я ее очень жалела, мы даже подружились. Хотя мне – шестьдесят, ей – тридцать, а вроде как и разницы не чувствовалось.

Однажды стало мне плохо, забрали в больницу. Оказалось, правосторонний инсульт. А дочь с зятем в то время на юг уехали, даже телеграмму дать было некому. Соседки все по хозяйству хлопотали, не до меня им было. Только Настасья меня не забывала, каждый день приходила навещать. Потом меня выписали. Говорить я почти не могла, и зрение заметно испортилось. Но стала вдруг вещи странные чувствовать: как появится у меня Настя, комнатка как будто странным светом освещается и кажется мне, что не она это, а соседка Варвара Тимофеевна.

Я как-то невзначай ее окликнула: «Варвара!» Она испуганно вздрогнула и обернулась. Потом вроде справилась с собой: «Что же вы меня, Татьяна Григорьевна, с бабушкой путаете?» Я извинилась и говорю: «Уж больно вы похожи, Настенька! Совсем одно лицо!» А у самой в душе какое-то смятение началось: замечаю я, что Настя хоть и приехала недавно, но про соседей слишком много знает.

Конечно, на отношения наши это не влияло, но мы даже как будто сблизились с ней.

Вскоре на меня свалилось горе: дочь с зятем попали в автокатастрофу и погибли оба. Только семилетняя внучка Аленка осталась жива. А у меня к тому времени и сил-то почти не осталось. Аленка от рук отбивается, пенсии моей не хватает на двоих. Настя, когда деньги были, подбрасывала, но все равно мы еле концы с концами сводили.