Белый зонт

Хьюмидор

Оксана уже собиралась домой, когда на экране компьютера появилось сообщение:

«Подруга, мы едем в офис. Похоже, будет работа. Рекомендую не спешить домой».

«Спасибо за добрую весть», – отстучала по клавишам Цаца и добавила злой смайлик.

В ответ прилетели извиняющийся смайлик, цветочек и красные губы, обозначающие поцелуй. В это время в офис вошел Че?ша и глазами показал: босс в кабинете.

– Будь очень деликатна с клиентом, просил шеф, – передал Че?ша просьбу.

– Словом, как обычно, – ответила девушка, и в этот момент прозвучал звонок домофона.

– Проходите, пожалуйста, – проворковала секретарша вошедшему пожилому мужчине, – Александр Максимович вас ждет.

В кабинете посетителя встретил директор, которого гость сразу узнал. Чинно разместился в предложенном кресле, и, положив ногу на ногу, он важно сообщил:

– Я готов обсудить ваше предложение.

Хозяин кабинета открыл стоящий на столе хьюмидор и взглядом предложил угоститься.

– Кедр, габун?

– Покупал как ливанский кедр, но, скорее, испанский. Где сейчас найдешь ливанский, – ответил Александр Максимович.

Виктор Сергеевич, взяв в руки сигару, понюхал ее и остался доволен ощущением. Потом попросил ножницы, гильотину или пробойник. Директор указал на лежащий на столе аксессуар, и посетитель умело срезал часть головки. Поискал взглядом и нашел настольную зажигалку, после чего, наконец, умело раскурил сигару.

– Вот только за это можно отдать душу. – Но, посмотрев на хозяина кабинета, который тоже раскуривал свою сигару, добавил. – Это образное выражение.

– Я понял, – прокомментировал Александр Максимович и, закончив ту же процедуру, доставляющую ему не меньше удовольствия, чем само курение, решил вернуться к делу. – Повторю свое предложение: за душу мы выкупим для вас принадлежащую дочери часть квартиры и столько же положим вам на счет в банке.

В этот момент в кабинет вошла Оксана и молча поставила на стол две чашки кофе. Увидев сигары, достала из бара бутылку виски и стаканы со смешившим ее названием «тумблеры». Гость проводил ее долгим взглядом и какое-то время молча смотрел на закрытую за девушкой дверь. Потом оживился и заговорил:

– Хороша чертовка. Вот на Кубе все такие.