Элизиум

Но сопроводить тебя не смог, вероятно, у него возникли неотложные дела, поэтому тебя встретила Минди, – он призадумался. – Хотя если так пораскинуть, то первым встретил тебя я, красавица, – парень улыбнулся.

– Точно, – смущённо сказала я. – Прости, что спрашиваю, но… почему ты называешь меня «красавицей»?

Красавица… Я? Как же. У меня тонкие тёмные волосы чуть ниже плеч, бледная сероватая кожа, густые чёрные брови, огромные серые глаза и опухшие из-за недосыпов веки, маленький курносый нос усеян веснушками, пухлые хомячьи щёки и узкий недовольный рот.

Ростом я также не вышла. Как перестала расти лет в тринадцать, так и осталась низкорослой девчонкой. А вот фигура с возрастом стала лучше. Пожалуй, единственное, чем природа меня не обделила.

Парень внимательно глядел мне в лицо.

– Все женщины красавицы, Дейзи, – поглаживая большим пальцем мою руку, произнёс Осберт. – Ты совершенство. Во всех смыслах.

– Совершенство? – нервно расхохоталась я. – Тебе хватило всего часа, чтобы понять это?

– Именно.

Я вижу твоё сердце, – тихо произнёс он. – Моё нутро меня никогда не подводит.

От его слов я резко перестала смеяться.

– Умереть в столь юном возрасте страшно, – его голос подрагивал. – Я знаю, каково это. Но Элизиум даёт нам шанс наверстать упущенное. Шанс длиною в вечность.

Вечность? Это что же, получается, я останусь здесь навечно? Никакого забвения? Пустоты? Похоже, мои представления о смерти весьма скудны. Любопытно, какие ещё сюрпризы мне следует ожидать?

ГЛАВА 2

ЗАБВЕНИЕ

– А тот, кого мы ждём… кто он? – Я уже, признаться, потеряла счёт времени, сколько мы ждём одну единственную персону, и мне просто хотелось чуточку разрядить обстановку.

– Хорас его зовут, – серьёзно ответил Осберт. – Верховный чародей.

Перед глазами начал вырисовываться образ этого самого чародея. Серьёзный собранный мужчина, у которого всё разложено по полочкам. Учтивый и благовоспитанный. Должно быть, он зрел и мудр, раз его называют верховным.

– Хочу предупредить, – перешёл парень на шёпот. – Внешность может быть обманчива, как и поступки.

Говорил Осберт с осторожностью, боясь, что его кто-то может услышать.

Внезапно, раздались чьи-то шаги неподалёку.

Незнакомая фигура вынырнула из-за угла, отчего Осберт тут же напрягся.

К нам вальяжной походкой направлялся молодой мужчина, примерно лет двадцати пяти. Одет он был в белую рубаху.