Палыч и Игорёк. Авиаповесть в рассказах

Диспетчер показал новенький целый патрон и объяснил:

– Это у меня бутылка минералки упала и разбилась. Но ребята обещали смотаться и купить новую бутылку. Правда, ребята?

Ребята сказали: «Правда» и отправились в буфет ресторана за бутылкой «минералки».

Потом, через время, когда Игорёк уже сам был командиром и учил своих вторых пилотов обращаться с оружием, он показывал отверстие в пулеулавливателе и с едва заметной гордостью говорил:

– Моя.

ТЮРЬМА

Но что-то мы совсем забыли про ещё одного нашего героя.

Я имею в виду Палыча. А всё дело в том, что во время описываемых событий, когда другой наш герой, Игорёк, прибыл по месту работы в город Энск, Палыча там не было. И не было по причине более чем уважительной – он сидел в следственном изоляторе краевого центра в ожидании апелляции на приговор энского городского суда по делу об аварии самолёта «Ан-2», по которому по статье 85 УК РСФСР он получил пять лет лишения свободы.

Но расскажем обо всём по порядку. Был в энской эскадрилье один интересный рейс в отдалённый район края.

Рейс был грузовой, в одну из многих разного рода артелей, что работали в труднодоступных местах. Маршрут полёта проходил через горный хребет, так что место назначения было реально труднодоступным даже для авиации.

Именно поэтому артельщики часто стимулировали экипажи доставлять как можно больше груза каждым рейсом. Если зимой это не составляло особого труда, то в тёплое время года с этим нужно было быть особенно осторожным. Более высокие температуры, определённого направления ветры, мощно-кучевая облачность часто делали проблематичным полёт даже с обычной загрузкой.

В тот день, который привёл Палыча на скамью подсудимых, у него был запланирован рейс с командиром Сергеем Ихотиным.

Все знали, что Серёга парень хороший, но лишнюю копейку не упустит. Он и сам об этом говорил, приводя аргументом тот факт, что трое дочерей, жена и тёща заставляют его работать исключительно на лёгкую промышленность. Так в СССР называли отрасли экономики, отвечающие за одежду, парфюмерию и прочие женские штучки.

Посмотрев погоду, Палыч понял, что сегодня перегружать самолёт никак нельзя. Тепло. Ветер гарантировал нисходящие потоки перед перевалом, и кучёвка тоже обещала добавить экстрима.

Командир попытался убедить Палыча, что и не в таких условиях приходилось двойную загрузку через перевал таскать, но понял бесполезность своих стараний и дал Палычу команду заправить самолёт, а сам пошёл на склад.