Шахматный клуб

– А пока вы представляете, я вам про другой случай из собственной практики расскажу. Я не очень люблю его рассказывать, но именно он заставил меня изменить представление о жизни и о том, что такое несчастье. Я прямо из мединститута попал на фронт. На санитарный поезд. Объяснить, что это такое, человеку, не пережившему подобное, невозможно, но я не об этом. Оказалась в составе раненая женщина-офицер. Красавица, каких ни до, ни после, не в обиду всем остальным женщинам, не встречал. У неё ранение в ногу, разворотило так, что только ампутация.

На следующий день прихожу, и лежит эта красавица, а на месте, где должна быть нога, под простынёй пусто. У меня, а я к тому времени уже год прослужил в госпитале на колёсах, всё равно глаза на мокром месте. Это ж какая несправедливость! А она улыбнулась и говорит: «Что вы, доктор? Вы же мне ногу ампутировали, а не сердце. Так что ещё есть чем любить».

Дело, про которое просил исполняющий обязанности прокурора, он выиграл. Там ситуация была спорная, но адвокат оказался очень слабым.

Вполне возможно, что кто-то этому поспособствовал. Можно было, конечно, и вернуть на доследование, но Ольга Петровна чувствовала, что любая позиция кроме нейтральной будет выглядеть некрасиво. Лично для неё.

Место тестя Станислав Аркадьевич не занял, а перевёлся в областной центр. Но и там с карьерой не заладилось, поэтому в итоге со временем всё же вернулся прокурором района, когда его ровесники работали уже прокурорами областей, а то и вовсе в Генпрокуратуру перебрались.

Иван Моисеевич и Ольга Петровна сидели в кафе. Кофе остыл в обеих чашках. Женщина почти закончила свой рассказ.

– Всё это время Яворский предпочитал поддерживать слух о наших якобы неслужебных отношениях. Он выступал в суде, когда я председательствовала, только со стопроцентными делами. Вы можете их посмотреть…

– Уже посмотрел, – извиняясь, заметил адвокат, пожав плечами, показывая, что, мол, работа такая.

– Вот и получается, что все решения в пользу прокуратуры. А кто будет разбираться в сути.

Вывод ясен: Морозова любовнику помогает дела выигрывать. Не будешь ведь всем объяснять, что это сплетни.

– Но мужу-то придется объяснить? – задал совсем личный вопрос адвокат.

Ольга Петровна улыбнулась:

– Если бы я лет сто-двести назад жила, то мой муж всё бы про меня знал: от предметов туалета до девичьих фамилий каких-нибудь дальних родственниц. Но времена сейчас не те, ему неинтересно. Он учёный-краевед. И, знаете, меня это устраивает.