Ложь

Она встала напротив Джона и недовольно посмотрела на него. Джон почувствовал, что сейчас что-то произойдёт, красотка просто в ярости.

– Ты что себе позволяешь? Как позволил себе меня лапать?

– Начнём с того, что я не лапал тебя, а невинно обхватил за талию, чего ты и просила… – Элизабет хотела на это возразить, но Джон и слова не дал ей произнести, тем самым он показал свой характер. – А, во-вторых, я обнимал свою невесту, будущую жену. А если ты разозлилась, что я прижал тебя к себе, то прошу прощения, я это сделал, чтобы было достоверно.

– Ну ты хам! – скрестив руки, она надула губы.

– Что? Это я-то хам? Да я помог тебе от него отделаться. Вцепилась мне в руку, заставила врать человеку, а, может, я никогда не вру… – слегка наклонив к ней голову, произнёс он, при этом на мгновение зацепился взглядом за её приоткрывший от удивления рот.

Этот его взгляд смутил Элизабет, в ней бушевали сейчас разные эмоции, одним из которых была симпатия. – Все люди врут, ты не исключение, – сделала заключение она.

Элизабет стояла и отчитывала мужчину, который действительно ей помог. Да, он позволил себе прижать незнакомую девушку из высшего общества к себе, но этот жест не отталкивал Бет от него, а, наоборот, в её голове промелькнуло, что ей нравится чувствовать его руки на своём теле. Когда он прижал её, она ощутила его сильные руки и не почувствовала никаких границ. Элизабет почувствовала трепет и волнение внутри. И он прав: ей следует поблагодарить его, а не ругать.

Она смотрела на этого высокого мужчину, в котором была стать и осанка, присущая военному человеку. Его волосы цвета лесного ореха, были завязаны в хвост. По первому впечатлению Элизабет: он серьёзный, хмурый, невесёлый, мало улыбается, а ещё он из тех, кто за словом в карман не полезет. В её жизни уже есть такой мужчина – её отец, и поэтому Элизабет знала, что за всей этой серьёзностью может скрываться доброта, милосердие, нежность, внимание и забота.

А ещё она заметила его хладнокровие: мужчина на редкость спокоен, хотя после таких нападок ему следовало бы разозлиться и проучить девчонку.

– Кто он? Почему ты хотела избавиться от него? – не обращая внимания на её претензии, спросил Джон.

– А тебе-то что? – она продолжала быть колкой на язык и понимала, что сейчас спугнёт его… Но, как же ей этого не хотелось.

– Ну надо же! Любимая, ты меня втянула в этот треугольник, поэтому, я думаю, имею право узнать детали твоего спектакля.