Удивительные приключения Пашки и Батанушки

 – Сие, небось, Межевик шалит… Не дюже он привечает детушек, абы те хаживают в лузи рвать васильки, и завсегда их пужает. Иноредь, право молвить, могёт он заиграться с чадами, да завлечь у травы, сие дык задорно покрикивая. Обаче тутова детки не живут, понеже Межевик тык вота не бузит больче. – Дух смолк и неторопливо развернувшись, шагнул ближе к мальчику. – Межевик энто, братушка Лугового да сынок Полевика, бегивает он по меже, бдит ее, дык гутарить, поправляет вехи на ней. Не дает межу ту никому попирать.

Поелику могёт и нагнать кои ее самочинно переступают, али почивают на ней… У тык наипаче навалится да оплятет усего травами, дабы вящее тута не почивал.

Батанушко вновь прервался и оглядел Павлика с головы до ног, а тому внезапно показалось, что дотоль опутавшие его голени ног травы принялись ползти вверх, и покалывать на спине под футболкой, руках, и, кажется, даже на шее.

– Да, токмо, Межевик не сердитый, у тык… для порядку попужает и усё, – продолжил свои пояснения домовой, покачивая головой и в его карих глазах засеребрилась мельчайшая изморозь, теперь похожая на слезы.

 – Беспременно, отпустит… Он чё ж… он с братцем своим должон за порядком следить и батюшке свому Полевику снедь искивать. А опосля, беспременно, пособит работающим у пожнях. Дружен Межевик с Зеленчуками и Зеленушками, сии духи за первой зеленью трав приглядывают. Травичем, кой сеет и ростит луговые травы. Соломичем, ведающим соломой, да Стоговым, кый ту солому у стоге и бережет.

– Ты, что меня привел к этому Межевику? – спросил Пашка и принялся чесаться, сначала спину, потом руки и голову, потому как теперь ему стало казаться, что это его не травы опутали, а кусают, слышимо жужжа, пчелы, или осы.

– Може, шмели? – переспросил Батанушко и наблюдаемо для мальчишечки улыбнулся, качнув кончиками усов заплетенных там в косицы. – Ужель сие Луговой любит под бока траву пущать и шмелей напускать на тех, кые у лузи травы мнут.

Павлик услыхав пояснения домового немедля принялся озираться, на ходу размахивая руками и тем желая отогнать от себя не только шмелей, но и того не ясного Лугового.

– Усё то ты порчиваешь, завершай руками махать, аки мельница, – тотчас и весьма сурово проронил домашний дух, и перехватил мотыляющуюся правую руку мальца, сдержал ее движение. – Кый шмель у нощи, они покамест усе почивают у норках.