Очешуеть! Я – жена дракона?!

– Тушите свеееет! – потребовал какаду.

– И в самом деле, пора баиньки. – Я с выражением посмотрела на Рэйнара.

– Намек понял, – он кивнул. – Спокойной ночи, дорогая.

– И вам сладких снов! – проводила его до двери, даже открыла ее.

– Но если все-таки передумаете, – не упустил последний шанс неугомонный дракон, – то…

– Не передумаю! – отрезала сурово. – Идите уже!

– Иду. – Вздохнул и вышел в коридор.

Не без удовольствия, должна признаться, захлопнула дверь перед его носом. Но не успела отойти на пару шагов, как в нее постучали.

Этот дракон совсем оборзел?!

– Вот вам, а не брачная ночь! – рявкнула я, распахнув ее и выставив вперед кукиш. – Ой.

На пороге стоял один из тех крепких ребят в ливреях, что открыли перед нами огромную входную дверь.

– Ваш багаж, госпожа графиня, – даже не изменившись в лице, он поставил к стене мой чемодан и поклонился. – Простите за беспокойство!

– И вы простите, – сконфуженно пробормотала я, покраснев.

– Спаааать! – потребовал попугай.

– Какое спать, Юджин? – плюхнулась на кровать. – Надо думать, что делать!

– Цьмок-цьмок и спать! – категорично заявил он.

– Ты, пернатое безобразие, у тебя совесть есть, или только хвост? Меня тут какие-то драконы замуж без согласия берут, а ты и рад? Дом понравился? Тоже готов меня продать? Хотя чего удивляюсь, отец родной не погнушался за кошель с таланами меня отдать, чего уж от тебя ждать!

На глаза набежали слезы. Я отвернулась, готовая разрыдаться от жалости к себе.

– Пррррости, – Юджин запрыгнул мне на плечо.

 – Цьмок?

– Не хочу.

– Не хоччччешь цьмок? – распушил перья. – Дело серррьезное! Тогда давай сбежжжим!

Хм, а не такую уж и глупость предлагает попугай. Я еще успею добраться обратно до таверны, забрать у дядюшки Костолома талан и нанять лошадь. Уеду подальше, а когда утром новобрачный хватится, меня уж и след простыл!

– Так, поглядим, – подбежала к окну, распахнула его.

Третий этаж, но это ничего. Рядом труба водостока тянется жирной змеей, до самого низа почти.

Как нечего делать! Мало я, что ли, в детстве излазила деревьев и прочего добра? Еще мама, когда с нами была, всегда говорила, что у нее не дочь родилась, а самая настоящая белка!

Я взяла чемодан и швырнула его в окно. Упал на лужайку, почти бесшумно. Так, теперь моя очередь.

– Юджин, сиди пока тут, – велела я попугаю и залезла на подоконник.

– Почччему? – он заходил по нему взад-вперед, взволнованно распушив желтый хохолок.