Сыны Каина. Капкан на любовь

Вернее, как выразился врач, проще было отпустить, потому что она все равно никого слушать не желала.

– Обед принес. – Я показал пакет. – И хочу извиниться.

– Уже обедала. А извиняться тебе не за что.

– Пустишь в комнату?

– Зачем?

– Поговорить.

– Ты ведь не отстанешь?

– Не отстану.

– Проходи, – вздохнув, она посторонилась, пропустив меня внутрь, закрыла дверь и, морщась, села на кровать.

– Сильно болит? – я занял стул у письменного стола, мельком отметив, что ни на нем, ни на стенах нет ни единой фотографии, картины или календаря, на худой конец.

Комната такая же холодная и недружелюбная, как сама Магда.

– Пройдет. – Она прижала к груди руку и погладила предплечье.

– Дай посмотрю. – Я подошел к ней. – Не бойся.

– Не боюсь! – задиристо фыркнула девушка.

– Сними рубашку тогда. – С трудом удалось подавить улыбку.

Она, морщась, стянула рубашку и осталась в одной маечке. Отметив очевидные факты – что на ней нет бюстгальтера, скрывающего красивую грудь, я сосредоточился на ее руке.

– Рентген делали?

– Да. Переломов нет.

– Вот здесь комки прощупываются, – я надавил на мышцу, и Магда зашипела от боли сквозь зубы. – Было растяжение, а теперь еще сильный ушиб добавился. Как хочешь лечить – быстро, но больно, или долго таблетками и мазями?

– Первое.

– Тогда надо разминать комки. – Мои пальцы двинулись вдоль пораженного участка, практически давя участки воспаления. – Друг научил, мануальщик. Вроде, варварство, но сама увидишь, несколько процедур и даже следа не останется.

– Несколько?

– Три, четыре где-то.

– Изверг! – прорычала девушка.

– Есть немного, – я усмехнулся.

Она вытерпела до конца. Лишь выступившие над верхней губой капельки свидетельствовали о том, как тяжело ей это далось.

– Магда, тебе какую-нибудь мазь советовали?

– Целый пакет всякой химии всучили, – девушка кивнула на стол, – вон в том пакете.

Да тут половина аптеки! Я достал тюбик, начал втирать содержимое в покрасневшее предплечье и спросил:

– Ольга что-нибудь говорила тебе?

– Перед тем, как сделать из меня отбивную? – Магда усмехнулась.

 – Лукьян, она не должна была так поступать, конечно, но частично я сама виновата – видела ведь, что наставница на нервах, но ляпнула глупость, не подумав.

– Что такого ты умудрилась ей сказать?

– Назвала бешеной сукой. – Нехотя призналась девушка. – И добавила, что теперь понимаю, почему ты ее бросил.

– Тебе повезло остаться живой.

– За дело получила, да?

– Нет.