Демон снизу, или Дед Мороз и его отморозки

По пути горланя все ругательства, которые запомнил со времен неоперенной юности, когда в квартире делали ремонт не особо подбиравшие слова «наемники» из Иваново. Обои они клеили отлично, а вот выражались так, что я благодарила небеса, что бабушка-балерина, живущая за стенкой, оглохла напрочь еще в те времена, когда по стране бодренько шагала перестройка.

Пока я вспоминала былое, кот перепрыгнул на штору, карниз ухнул вниз, не выдержав веса отменно раскормленного пушистика. Шторы шлепнулись на стол, а Черт стартанул дальше, лягнув лампу и отправив ее целоваться со стеной.

Веер документов полетел следом, листопадом прикрывая осколки светильника – было даже красиво.

– Ну, закончили апокалипсис? – я выругалась под нос, не зная, за что хвататься в первую очередь – это как раз тот случай, когда вариантов настолько много, что выбор сделать невозможно.

Спасатель Малибу что-то жалобно простонал с пола, привлекая мое внимание. Ну, тоже плюс – значит, живой. Надеюсь, он не поломал себе ось, на которую насаживаются приключения – копчик, если без романтичного флера.

– Дежавю прямо, не находишь? – спросила у него. У соседа, с копчиками еще не научилась общаться, это прерогатива травматологов и проктологов. – Почему ты вечно валяешься у меня в ногах, скажи на милость?

– Потому что ты убийственная женщина, – прохрипел он.

– Мне уже даже неудобно перед этой твоей миссис Клаус, или как ее там. Кстати, надо бы переименовать тебя в мистера Казуса, тебе подходит, вечно в неприятностях по самую охочую до них часть тела, – про то, что проблемы тебе исправно поставляю я, мы тактично умолчим, ведь самокритичность не наш конек.

 – Встать можешь, лежачий полицейский?

Хотя он скорее на отбивную из соседа похож, если честно. Ну, а что, теперь все логично: раньше я подозревала, что этот Дед Мороз отбитый на голову, а теперь выясняется, что на всю заднюю часть организма тоже.

– Не знаю, – он осторожно пошевелился, напоминая огромного жука. – Дай руку, попробую.

По доброте душевной я послушно протянула ее ему.

И через секунду вновь вынужденно вспомнила аксиому о том, что добрые дела никогда не остаются безнаказанными. Сосед потянул меня на себя, сжав ладонь, но оказался таким тяжелым, что сама не устояла на ногах. Скользкий пол поспособствовал тому, чтобы я рухнула на красавчика сверху, припечатав его, начавшего вставать, обратно к полу. Дед Мороз снизу оказался в прямом смысле снизу.

– Побежден и разоружен! – констатировала я, хихикнув.