Мне нельзя тебя любить, оборотень

Ощущение, что забрался на норовистого быка, который в любой момент может взбрыкнуть и растоптать. Видимо, сказались долгие годы воздержания. И угораздило же эту мамзель возжелать именно меня!

Закончил и откинулся на спину, тяжело дыша. Иронично, но именно я сейчас чувствую себя как девственница, над которой жестко надругались в первую брачную ночь. Покосился на Лавию, которая перевернулась на спину. Судя по ее довольной улыбке, дамочке все пришлось по душе. Похоже, я влип.

– Тебе понравилось? – совсем как обычная женщина промурлыкала она, но пристальный взгляд, лезущий в самую душу, напомнил, что со мной в постели все-таки ведьма.

– А кому такое может не понравиться? – увильнул от ответа и, ухмыльнувшись, поднялся.

– Ты куда? – разочарованно протянула она, приподнявшись на локте.

– Госпожа Лавия, у меня работы невпроворот, – тут же отступил к двери, на случай, если она опять вскочит с постели. – Приходится делать не только приятное, но и необходимое.

– Когда мы наедине, можешь звать просто по имени, – милостиво разрешила женщина, и я мысленно выругался – так и есть, она не намерена оставлять меня в покое.

Ладно, сейчас главное – сбежать, а уж с последствиями будем разбираться потом. Я выскользнул за скрипучую дверь и сморщил нос – весь провонял розами и ванилью, готов, как свиньи, что попадались сегодня по дороге, в любой грязи вываляться, лишь бы избавиться от этого запаха!

Впрочем, в грязи меня уже вываляли – на шелковых простынях, только что.

Но расскажешь кому, посмеются, не поймут, еще и упрекнут, что обнаглел. Впрочем, не привыкать, всегда все держу в себе, не знакомя мир с истинным Себастьяном. Да и не рвется никто особо узнавать меня настоящего. Я реальный никому не интересен.

Глава 2. Золотая рыбка

Сильвия

– Куда ты, дочка? – окликнула мама, когда я уже направилась к двери.

– К озеру, – ответила, обернувшись и посмотрев на нее. – А что? Ты хотела дать мне какое-то поручение? Тогда могу сходить позже.

– Нет, милая, иди. Отдыхай пока.

– Хорошо. Но как понадоблюсь, зови.

– Скоро позову, – она улыбнулась.

Почему у мамы такая грустная улыбка? Может, все-таки лучше остаться? Сделала шаг к ней, но та замахала руками, приговаривая:

– Иди, Сильвия, иди.

Вышла на крылечко и обо всем забыла.