Ковчег для Робинзона. Все о жизни морского кочевника

Это была очень хорошая лодка с неплохими парусами, но она слушалась только одного отца и не признавала за румпелем никого другого.

Для меня уже тогда красота плавания значила гораздо больше, чем спортивная сторона занятий парусом: я начал понимать, что парусник может быть местом для жизни. Путешествуя под парусами в этом беспокойном и изменчивом мире, можно жить, работать, делать открытия, отдыхать.

Через два года я стал счастливым обладателем своей собственной лодки: новенького 30-футового краснодеревого шлюпа по проекту фирмы «Спаркмен и Стефенс».

Построил яхту наш сосед Фред Бергер. Когда он решил взяться за это дело, мне было всего три года. Начал он с того, что спилил на материал для будущей яхты несколько мешавших ему дубов на заднем дворе и приступил к сушке древесины. Прошло шестнадцать лет, но, увы, постройка так и не завершилась. Интерес Фреда к судостроению иссяк, и он уступил мне свою несбывшуюся мечту. Летом я как следует поработал над оснасткой, и вскоре нью-йоркская гавань и мисс Свобода остались у меня за кормой.

Мы с Салу (Salu) шли на юг и зашли мы далеко. Обошли все Багамские острова, заходили в Ки-Уэст во Флориде. Погода была прекрасна – лучший сезон, мне еще не было девятнадцати… Индиговые воды, чужие земли, пустынные острова. Каждую ночь ужин из омаров и морских окуней. Я тоже попался на крючок: зацепило. Сомнений не было, именно такой образ жизни мне по душе больше всего.

Но у Салу оказалось слишком много недостатков для океанских плаваний.

Ведь она была разработана как быстрая прогулочная лодка для выходных дней. Ширина семь с половиной футов была маловата, а парусное сооружение слишком высоко. Лодка очень чутко реагировала на любое усиление ветра, а в свежую погоду начиналась адская скачка. Живой характер лодки радовал и добавлял адреналина, когда надо было пересечь Гольфстрим, но в долгом плавании начинал несколько утомлять. Через год и 7000 миль после приобретения Салу мы с ней расстались: я удачно продал лодку в Майами, получив хорошую прибыль.

Следующие несколько лет мне не пришлось ходить под парусом и даже ступить на палубу. Я гонял по всей Америке на мотоцикле, жил в коммунах в Орегоне и Калифорнии, работал в магазинах здоровой пищи, изучал эзотерические практики.

Но постепенно в голове зрела идея, что для моего мобильного образа жизни парусник может быть лучшей подвижной платформой, притом самодостаточной.