Не просто о любви

Видимо, радиус их действия был ограничен строго Российской Федерацией. Ну в крайнем случае – Беларусью.

Можно было попробовать заснуть, что при ее тяжелой голове не так уж сложно, но боль высасывала мозг и во сне. Скрыться от нее не было никакой возможности.

Бедная страдалица потеряла счет времени. В ее затуманенном сознании возникали проекты один фантастичнее другого. Например, пойти к Милке и попросить у нее какой-нибудь отравы, вроде цианистого калия, чтоб уж без долгих мучений, или дотащиться до отельного медпункта и попинать испуганную медсестричку бронзового цвета.

Но и тот и другой план требовали перемещений, а это было не под силу ослабевшей Олесе, приходилось довольствоваться мечтами. Она уже начала подремывать, как вдруг прямо в воспаленный мозжечок ударил громкий стук. Кто-то ломился в номер. Превозмогая тошноту, она сползла с кровати и поплелась открывать.

На пороге стояла улыбающаяся шоколадная женщина в белоснежном переднике и с огромным пылесосом в цепкой лапке. С минуту Олеся просто тупо смотрела на ее ровные, словно искусственные, зубы.

«Хауз кипинг!» – догадалась смышленая туристка и закрыла перед носом горничной дверь.

Но сервис оказался настойчивее: стук тут же повторился. Олеся снова открыла и, криво улыбаясь из-за невыносимой ломоты в висках, жестами попыталась объяснить уборщице, что не нуждается в ее услугах. Уборщица посмотрела на нее еще внимательнее и сказала на чистом русском языке:

– Вообще-то я доктор.

Тут Олеся почувствовала себя совсем плохо и пропустила незваную помощь внутрь.

Пылесос на поверку оказался медицинским чемоданчиком, а белый фартук – халатом.

– Что случилось? – строго спросила незнакомка и достала из глубин своего саквояжа разные загадочные приспособления, пугающе поблескивающие никелем.

Олеся промычала нечто невразумительное.

Врач ловко измерила давление, поглядела зрачки, посчитала пульс и в конечном итоге вкатила страдалице солидную дозу загадочного обезболивающего, названием которого Олеся даже не успела поинтересоваться.

Она была уверена, что лекарство не подействует, потому что дома при схожих обстоятельствах ей помогали лишь определенные препараты, работающие активно, как она выяснила теперь, только в пределах родины.

Но, вопреки ее мрачным прогнозам, боль начала быстро отступать, как морская волна во время отлива, и посвежевшая Олеся смогла наконец перевести дух. Впервые за этот злосчастный день. Зрение снова обрело четкость, в ушах перестала гудеть паническая сирена.