Новая жизнь – новая я!

Еще был переезд с вызовом полиции, потому что пьяный сосед решил качать права и удерживал нас в квартире несколько часов. Этим и многим другим историям можно книгу отдельную посвятить. Смех сквозь слезы. Опыт – сын ошибок трудных. Больше никаких коммуналок и соседей.

За 15 лет в этом славном городе чего только не случалось! Особенно в первые несколько лет. Катастрофическая нехватка денег. Работа без выходных и праздников… Не жизнь, а выживание. Когда у тебя 100 рублей в кошельке, и ты не знаешь, потратить их на корм для кошки или на проезд до работы.

И со всеми трудностями мы всегда справлялись. Все проблемы и сложности можно преодолеть, если смотреть на мир оптимистично и не зацикливаться на плохом.

С первых дней в Питере я понимала, что мама одна не потянет все расходы. А сидеть на шее – точно не про меня. Не умею просить и не привыкла пользоваться чужими благами.

Считаю, что каждая женщина обязана уметь обеспечивать себя самостоятельно, независимо ни от кого.

На мужчин надеяться – это прекрасно, но не всегда с мужчинами складывается, и не все из них готовы взять на себя такую ответственность. Он, может быть, и хочет, но у него не получается. Поэтому нужно быть готовой ко всему, неизвестно, как жизнь повернется.

Глава 3. Первая работа: хочешь жить, умей вертеться

Свою первую работу я получила на Выборгском рынке. Нравилась ли мне она? Ага, я ее просто обожала! (Сарказм.) Утром грузчик привозил телегу с мешками шапок, я развешивала их на сетках.

Полдня развешиваешь, полдня потом собираешь. Каждый день считала товар и записывала в блокнотик. Он очень выручил, когда «неожиданно» выяснилось, что у меня недостача. Практика переучетов в пользу начальства в этой конторе была налажена давно. Практически все продавцы отрабатывали долги. Классная система. Очень похожая на рабство. Я говорю: «Нет, ребятушки, так дело не пойдет. Хоть мне и всего 16, но я не люблю, когда из меня делают дуру. Я считать умею. И работать бесплатно не буду».

Вся прелесть моей работы на рынке была в том, что я торговала на улице. А на улице –20. Это жесть. С точки на улице я перешла торговать в ангар. Кто жил в Питере в начале двухтысячных, тот помнит рынки с крытыми железными ангарами. Этот ангар за ночь промерзал до состояния звона. К утру там было –40, когда на улице –22–25. Была люто холодная зима. Цензурными словами не передать, насколько холодно.