Последние станут первыми

Вот он потоптался на месте и шагнул вперед…

Меня здесь нет… Меня нет нигде. Меня никогда не было.

Он пошел прочь, а я всё продолжала твердить без слов свою мантру, пока не отключилось сознание.

Очнулась я быстро: солнечный блик по-прежнему лежал на осколке стекла перед носом. Было тихо, монтировка валялась, там же, куда упала. Осторожно подхватив её, я выглянула из кустов, готовая тут же спрятаться.

Никого. Только тело, похожее на изломанный манекен.

С трудом передвигая ноги, я доковыляла до того, что совсем недавно было юной девчонкой – перепуганной, избитой, но живой.

В груде мяса ничего о ней не напоминало.

Я едва успела сделать несколько шагов в сторону, и меня вывернуло наизнанку.

Заходясь в спазмах рвоты, сгибаясь пополам, я продолжала ощущать запах парной крови, и от него тошнило еще сильнее. Кровь заполнила извилистую трещину в асфальте, перелилась через ее края, поползла тонкой струйкой дальше – прямо передо мной…

Разогнувшись наконец, я тупо смотрела на темно-красную полоску, словно на линию границы, с трудом понимая, где нахожусь и что происходит.

Оказалось, что монтировка сжата у меня в кулаке так, что пальцы побелели и почти не ощущаются. Рука стала одним целым с железной палкой.

Теперь было ясно, куда идти. Только добраться бы живой и невредимой.

Я перешагнула через струйку крови и пошла дальше.

Два квартала вперед, потом налево. Третий дом от угла, фасад пятиэтажки из белого силикатного кирпича. Яркая вывеска «Сафари».

Шесть ступенек вниз и металлическая дверь – приоткрытая! Чуть не задохнувшись от счастья, я прикрыла за собой дверь и бросилась к прилавку. Всё, что мне было нужно, оказалось в стеклянной витрине. Я разбила стекло монтировкой и схватила новенькую «Сайгу».

За окном скрипнули тормоза, по лестнице простучали тяжёлые шаги, и через несколько секунд наши взгляды встретились. Крепкий невысокий мужик лет сорока в чёрной форме охранника с пистолетом в руке. А от его левого колена на меня смотрела смерть.

Молчаливая смерть чепрачного окраса, без поводка и намордника. В неё я и прицелилась.

– Убери ствол, – в голосе мужика была угроза.

– Отзови собаку.

– На счёт «три», одновременно. Раз, два, три – лежать!

Пёс мгновенно выполнил команду, улёгся где стоял, но не сводил с меня глаз. Я опустила ствол карабина. Охранник сунул пистолет в кобуру, но что-то подсказывало: чтобы достать его, потребуются доли секунды.

– А ствол держишь как надо.