Последние станут первыми

Я топталась у машины с карабином наперевес, поглядывая по сторонам, пока он загружал в «Ниву» коробки с тушенкой и упаковки минеральной воды.

В булочную Сергей зашел только после того, как Ардон прочесал торговый зал и подсобку.

– Пошли сюда.

Я вошла вслед за ним в ювелирный магазин и слова сказать не успела, как он разбил моей монтировкой – значит, и её прихватил? – несколько витрин с золотыми украшениями.

– Ты что, рехнулся? Что ты делаешь?

Он одним гибким кошачьим движением повернулся ко мне, и на лбу у меня выступил холодный пот.

Я уже видела это лицо – маску ярости с неистовыми бледными глазами… Вчерашняя сцена на базаре, Стасик размазывающий кровь и слезы по своему лицу пожилого ребенка…

– Ты со мной так не разговаривай, поняла? – сказал он медленно, с присвистом дыша сквозь зубы. – У меня после контузии нервы ни к черту. Повторяю ещё раз, для тех, кто в танке: распоряжаюсь я. Ты делаешь, что сказано. А нет – чапай пешком в свою Хомутовку.

– Командовать своим псом будешь.

Хочешь иметь на своей стороне ещё один ствол – держись в рамках. Тебе нужен лишний стрелок, мне – колеса, так что давай будем взаимно вежливы, договорились? Я была неправа, слишком резко высказалась. Нам лучше прорываться вместе, чем порознь, согласен?

– Ну.

– Так вот, во-первых, здесь явно есть камеры. Во-вторых, зачем нам сейчас побрякушки?

– Ещё раз, для сильно умных. По пунктам: камеры я отключил: этот магазин тоже наша фирма охраняет, и я здесь бывал. Кстати, и там, в «Сафари», тоже отключил – как только понял, что жареным пахнет.

А золото – если эта заварушка затянется, то цениться будут консервы, оружие, патроны – и золото.

– А ещё бензин и лекарства.

– Правильно. Подумай, что взять в больнице. А пока держи.

Он вынул из разбитой витрины несколько планшетов с золотыми цепочками и сунул их мне.

– На, выбери десяток подлиннее и потолще и надевай. Только этикетки оторви.

– А ты?

– И я тоже. Бери еще золотые часы с браслетом, кольца, серьги – бриллианты вон на том прилавке.

– У меня уши не проколоты.

– Ну и зря. А так бы вынула серьгу, отдала солдатику на блок-посту – все довольны, и пацан не спалится.

Я механически застегивала на шее золотые цепи, думая, что никогда не имела столько украшений – и никогда они не приносили так мало радости.

– Под одежду спрятала? Всё, пошли!

Сергей высадил меня у шлагбаума, перекрывавшего въезд в больничный двор, и «Нива» исчезла за углом.