Дар небес

Кто ж знал, что те его розы кованые так купцу одному приглянутся! Как не знал никто и того, что купец тот решит розами этими Аксинью завлечь. На смотрины он, вишь, ехал. Знал, шельма, что любит она вещи необычные.

Купец тот отчего-то уверен был, что Аксинья его истинной окажется, даже уже наперёд заказ Афанасию сделал на клетку для птицы певчей заморской, в подарок для Аксиньи привезенной. Условились, что купец на обратной дороге заедет к Афанасию, заберет клетку дивную.

Только вот вместо купца Аксинья пожаловала на их общую беду.

Не знал тот купец того, что она, хоть и не Лекарь, а мысли затаенные выведать может. Вот Аксинья у купца того и выведала, где он розы эти взял. Услышала и сама к Афанасию приехала. Ехала заказ сделать, а приехала и истинной оказалась. Вот уж правду ему его бабка двоюродная напророчила. Огромной силы ведьма была! Хотя, может, и жива она ещё. Кто ж знает. Предупреждала же его, дурака:

– Берегись найти свою истинную! Горя через любовь хлебнешь больше, чем радости.

И ведь права оказалась ведьма старая.

Вот оно, доказательство того, что не может девка без мужа али отца одна разъезжать. Будь ты хоть наследницей древней крови, хоть обычной крепостной.

Ох, и норова же в ней было! Ох, и намучились они с ней оба. Виданное ли дело, чтобы жена мужу перечила? А ему каково это было, учить свою истинную уму-разуму? И рука у него не раз опускалась, как глянет она на него своими глазищами цвета весеннего неба, и сердце у самого в груди заходится так, что не продохнуть.

А как дуру бабу не учить? Вишь, что удумала: домой, собралась! А о муже не подумала? Да и как сама то, вдали от него, жить будет? И только вроде сладилось у них всё, жить начали, как все: сын у них родился, Аксинья долю свою бабью покорную признала, как признала и то, что муж в семье голова. Муж, а не жена, хоть и кровь древних в ней течет.

А тут опять родня её пожаловала! Неужто весточку отцу своему посылала с просьбой забрать её в отчий дом? Не бывать этому! Да и сын у них растет!

На порог дома Аксинья вышла, держа ковш с водой да полотенце, чтобы Афанасий умылся после кузницы да пот с лица вытер.

Подала ему умыться, обтереться, да рубаху новую, только вчера её сшитую. Уж не к приезду ли гостей дорогих торопилась рубашку для мужа сшить да вышить? Ишь ты, как она перед знатными родственниками своими мужа, простого кузнеца, стесняется! В обновы его наряжает! Афанасий крякнул, но вслух ничего жене не сказал. Негоже сор из избы выносить.