Камень богини любви

– Вы придумываете новый сюжет? – шепнула она заговорщически.

– Что-то вроде, – пожала плечами Алёна.

– Браслетов в самом деле было два, – тем же шепотом продолжала Секлита Георгиевна. – Один купили вы, а второй продали через три или четыре дня.

– Кому, не помните? – чуть не застонала Алёна.

– Продавала не я, – покачала головой Секлита Георгиевна. – Я болела.

– А кто? – насторожилась Алёна.

Секлита Георгиевна ткнула пальцем в сторону подсобки, где все еще говорила по телефону блондинка, и поджала губы.

Янтарный блеск в ее глазах померк.

– Может, она помнит? – с надеждой спросила Алёна.

– Да вряд ли, – покачала головой Секлита Георгиевна и, как показали следующие десять минут, оказалась совершенно права. Блондинка, которую звали Раиса Федоровна, не просто не помнила, но не помнила даже как-то воинствующе, с особым, несколько садистским удовольствием.

– А зачем вам это нужно? – спросила она наконец, когда Алёна уже несколько охрипла от просьб.

Алёна пожала плечами.

Рассказывать нелепую историю с подменой браслета не хотелось.

– Это для сюжета! – подсказала Секлита Георгиевна.

– Ах для сюже-е-ета… – презрительно протянула Раиса Федоровна. – Для сюжета вашего я и напрягаться не стану, и вспоминать не буду.

– Ну и не надо, – обиделась Алёна. – Обойдусь.

И ушла, улыбнувшись на прощание Секлите Георгиевне и призывая себя успокоиться. Если все время думать о том, что тебя так изощренно ограбили, поневоле станешь мизантропом.

Не лучше ли относиться к случившемуся с юмором, благо чувство оного в наличии имеется? И вообще выкинуть из головы эту дурацкую историю с браслетом, волосатиком, ювелиром…

Самые проницательные читатели уже, конечно, догадались, что сделать это Алёне Дмитриевой не удалось.

Дела давно минувших дней

Я приказал подвезти себя к гостинице. До сего времени стоять в гостинице мне никогда не приходилось, и по пути, то есть когда я уже уверился, что доберусь до Петрозаводска живым, я навоображал себе невесть что – вроде «Астории» по меньшей мере.

Однако же по мере приближения к сему «отелю» я постепенно соразмерял свои фантазии с реальностью. Дома здесь были большей частью деревянные, одноэтажные и неприглядные. Таким же оказался и «отель», носивший незамысловатое название «Северный». Впрочем, это показалось мне хорошим предзнаменованием! Ведь таков же и мой псевдоним!

В гостиничной конторе предъявил я документы.