Немного пустоты

Тогда мы еще не особо разбирались в брачных играх, зато придумали целую теорию, согласно которой у местных кошек здесь есть свое особое место, куда стремятся все остальные и наши животные его защищают. Как крепость. А чуть позже, когда букинистическая лавка прислала нам, в рамках какой-то благотворительной программы, книжку с ирландскими легендами, мы даже устроили несколько вылазок, чтобы найти вход в кошачьи холмы. Но никто ничего так и не обнаружил, лишь один мальчик проткнул себе щеку насквозь, когда, споткнувшись, упал на торчащий тонкий штырь арматуры из какой-то наполовину вкопанной бетонной плиты.

После этого, плиту выкопали и увезли, а кошки куда-то пропали. Мы же верили, что плита была печатью, ведущей в королевство кошек и после того как ее открыли, те просто вернулись в свои земли.

Позже, лет в четырнадцать, когда мы начали больше думать больше о брачных играх, нежели о кошках, все немного забылось, а сейчас как-то само выплыло из глубин памяти.

Я одним глотком допил кофе. На дне остался осадок и веточка гвоздики.

– Мне пора идти, – сказал на опережение, когда Шаманка вернулась на кухню. – Спасибо за кофе и рад был тебя увидеть.

– Ты сейчас куда?

– На работу. Скоро приедет первый ученик.

– Может быть тебе сделать бутербродов?

– Спасибо, но у меня целый холодильник с продуктами. Когда не хочется ехать домой, я ночую на работе. Там уже давно есть все необходимое, даже зубная щетка.

Шаманка оперлась плечом о косяк двери.

– Твой офис такой же пустой, как и дом?

– А еще оттуда открывается вид на целое море крыш и уже только это стоит того, чтобы этот офис снимать.

Пять минут ушли на последние сборы – умыться, отыскать телефон, поковыряться пальцем с намазанной на нем белой пастой в зубах, поцеловать Шаманку. Когда я обувался, она сказала:

– Погоди, – и, пропав в комнате на минуту, вернулась, держа в руке шнурок, с болтающейся на нем крошечной керамической каплей с отверстием в центре, – держи. Это тебе.

Я взял вещицу в руки. Обычный кусочек застывший глины, похожий на сглаженный осколок с какой-нибудь чашки, с аккуратно просверленной дырочкой. С одной стороны, он был выкрашен белой эмалью, с другой – остался естественного кирпичного цвета.

– Этот амулет тебе точно не навредит, – пояснила Шаманка, – но поможет найти то, что нужно. Серьезно, – она посмотрела мне в глаза, – с моей стороны – это очень серьезный шаг. Поверь, пожалуйста.

Серьезный… ну хорошо.