В моих глазах – твоя погибель!

Женя тогда очень огорчилась и горестно вздохнула:

– Жалко, я там получилась такая хорошенькая!

– Да ты и так самая хорошенькая на свете, – ласково ответил Саша, погладив ее по руке.

Именно тогда у Тамары впервые зародился ее план. Все эти годы она, впрочем, никак не могла с ним смириться, представляя в подробностях, чего именно хочет добиться, и сходя при этом с ума от ревности и отвращения. Однако чем пристальней она наблюдала за отношениями Женьки и Саши, тем острее понимала: надо бороться, если не хочет окончательно потерять сына.

И то, что она придумала, будет единственным средством разлучить их навсегда.

Нет, не просто разлучить, ибо вслед за всякой разлукой приходит встреча, – вызвать в них такое омерзение друг к другу, чтобы даже мысль о возможной встрече казалась им хуже смерти!

…Тонь Лао взяла у Тамары фотографии и по одной показала их гадалке.

– Они очень красивы, – задумчиво сказала Нюзюанминьг.

– Особенно он! – восторженно воскликнула Тонь Лао, и Тамара бросила на нее острый взгляд: а может быть, удастся обойтись, как говорили в войну, малой кровью и на чужой территории?.

.

Но тут же покачала головой и забормотала: конечно, девушка хорошенькая, но очень уж молоденькая, и вообще, таких хорошеньких вокруг Сашки всю жизнь крутится несчитано, а толку? Даже если он и переспал с какой-нибудь из них (в чем Тамара сомневалась, ибо Саша был сдержанным, застенчивым парнем и относился к девушкам с каким-то забавным, чуточку насмешливым уважением, хотя и флиртовал с ними напропалую), это не повлияло на его отношения с Женей, которая оставалась для него самым близким и дорогим человеком.

Ближе и дороже родной матери, которую он так ни разу и не назвал матерью! Она так и осталась для него Тамамой…

Ах, кто бы знал, как это ее обижало! Но Саше она могла простить все.

И то, что случится после того, как она уйдет от этой гадалки, тоже простит.

Простит и забудет! Потому что это наконец-то избавит ее от Женьки!

Нюзюанминьг прочирикала несколько слов по-китайски. Тонь Лао кивнула и зашла за ширму. Почти сразу резко запахло какими-то курениями и травами.

– Что она делает? – насторожилась Тамара.

– Готовит дюйю, – спокойно ответила гадалка. – Тот напиток, который нужен тебе.

– А почему это делает она, а не ты? – сердито спросила Тамара.