Лала, или прибрежный огонек

И вправду – ничего, разве что, быть может, дети немного пристыдили своих родителей…

* * *

Наступил долгожданный утренний час – пять минут шестого утра. Кирилл незамедлительно вскочил с постели, быстро оделся и тихо прокрался в ванную комнату. Умывшись, он также, на цыпочках, вернулся к себе, но, как на зло, проницательный Том вставал у него на пути, безобидно мяукал, однако для Кирилла это грозило разоблачением всех его планов. Он взял кота на руки, но тот тут же вырвался и побежал в комнату родителей.

Дверь комнаты была приоткрыта, и Том собирался войти, чтобы, прыгнув на кровать, разбудить хозяев – вон, мол, взгляните, ваш сын собирается сбежать из дома. «Кис, кис, – шептал Кирилл, чувствуя, что вот-вот его засекут. – Ах ты предатель! Том, киса, а сметанки?» Кот, кажется, сжалился над мальчиком и подбежал к нему. «Ага! Попалось, хитрое животное! – снова взяв его на руки, подумал Кирилл. – Теперь, в наказанье ты все утро просидишь под замком». Он заключил ни в чем не повинного Тома на балконе.

Кирилл посмотрел на кота, жалостливо глядевшего на него через стекло, и чуть не расчувствовался. Ему и так уж было как-то не по себе, а тут еще Том полез со своими кошачьими сантиментами в виде грустного «мяу». Что ж, мальчик глубоко вздохнул, затем извлек из-под кровати свой небольшой рюкзак, в котором уже с вечера было уложено все самое необходимое: еда в качестве яблок из бабушкиного сада, мыло, зубная паста вместе с щеткой, любимая майка, шорты и плавки. К тому же, он не позабыл о книге Дж.

О. Кервуда, а также о музыке – взял с собой пару кассет и плеер.

И вот он уже шел по свежим утренним улицам города. До вокзала идти было несколько минут. В эти роковые минуты внутри Кирилла стремительный дух приключений боролся со здравым смыслом, которому так любят обучать взрослые…

А между тем, Вика давно проснулась. Не застав брата, она быстренько привела себя в подобающий девочке порядок, освободила Тома из плена и направилась в комнату родителей, которые в это время мирно досматривали свои сны.

– Мама, папа, – сев на краешек постели, спокойно сказала она. – Просыпайтесь, пока не поздно.

– Ты чего, деточка? – сонно и обеспокоено лопотала Екатерина Николаевна, увидев Вику. – Что не поздно? Почему ты уже одета?

Андрей Павлович стал ворочаться, а затем, щурясь, смотрел то на жену, то на на дочку.

– Катя, может, она лунатит? – прошептал он.

– Ты с ума сошел? Утро ведь! – резким шепотом ответила она мужу.