Возвращение Кота

Вот перестанут кормит, тогда он и уйдет, а пока… Стал магазинным Котом, новым домовым, как сказала продавщица Тоня, с которой у Кота (уже Мурзика) завязались дружеские отношения.

Выходя на задний дворик, Тоня подзывала его к себе, садилась на корточки, начинала водить по земле травинкой или соломинкой. Кот охотно играл с Тоней, чувствовал в ней открытость, чистоту: такая женщина не обманет, она не умеет притворяться. Даже в те редкие моменты, когда Тоня хмурила лоб и, меняя интонации, разговаривая на повышенных тонах с дядей Жорой (что-то тот в последнее время совсем распоясался), Кот знал – Тоня не злится по-настоящему.

Это видимость злобы, а внутри она по-прежнему добра и чиста. Она хорошая. Она – друг!

А дядя Жора – пройдоха. Опасный тип, мужичонка себе на уме, и взгляд у него плутоватый, бегающий. Не взлюбил старый грузчик Кота – и ты хоть тресни.

– Для меня этого вида животных не существует, – назидательно говорил дядя Жора Стасу во время вечерних посиделок. – Бесполезные они твари! Толку от котов нуль.

А может, и того меньше.

– Мышей кошки ловят, – расслабленным голосом отвечал Стас.

– Ага, ты заставь эту тварь мышей ловить, – старый грузчик кивнул на притулившегося на коробке Кота. – Он после Толькиного мяса ничего другого не жрет. Мышей! Скажешь тоже. На казенном мясе морду отожрал и в ус не дует.

Дядю Жору Кот сторонился, зато охотно общался со Стасом. Тот и погладит, и за ухом почешет, и на руки взять может, когда старика рядом нет. При нём не смел, стеснялся, что ли? Чудак! В компании дяди Жоры Стас становился другим: грубым, холодным, и смеялся громче обычного неприятным смехом, и лицо делалось ожесточенней, глаза леденели.

Попал парень под влияние старика, а характером слаб, дать дяде Жоре отпор не может. И не хочет из-за Карины.

Карину Кот воспринимал как странное существо, лишенное всяких чувств. Ходит, как неживая, ни к чему интереса у неё нет, Кота погладить и то не желает. Сколько раз он к ней ласкался, о ноги терся, мурчал, однажды не поленился, лег перед Кариной на спину, щурился от удовольствия, думал, поиграет с ним.

Куда там! Прошла и не заметила. Обидно!

Страдал от недостатка Карининого внимания и Стас. И так он к ней подобраться пытался и эдак, когда со смешком и шуткой, когда на полном серьезе. Подойдет, посмотрит на её маленькое опущенное личико с острым подбородком, коснется слегка локтя, попросит поднять глаза, а сам тяжко дышит, сглатывает постоянно, вытирая украдкой о брюки взмокшие ладони.