Наследница

Лия чувствовала, что настроение Галины передалось и ей – неприятное и непримиримое. Но продолжать она, по всей видимости, не собиралась – вперилась в стену и замолчала. Подождав немного, Лия спросила:

– Что же она такого тебе сказала?

– Сказала, что я не пара ее сыну. Что их предки были великими людьми. Что окрутить мальчика в семнадцать лет довольно легко…

– И все? – удивилась Лия, так и не дождавшись, чтобы Галина добавила еще что-нибудь.

– И все.

– А в чем трагедия?

Галина посмотрела на нее из своего наполненного тенями мира.

– Трагедия – это смерть. И не важно, какая мелочь стала ее причиной, от какой ерунды ты умираешь. Ты же – умираешь! И возвращаешься к жизни другим человеком. Галя – до Анастасии Павловны – была райской душой, чистым ангелом. А после – стала ведьмой. Слишком было изранено сердце…

Галина посмотрела на Лию беспомощно и близоруко. Девушка сразу же вспомнила и который теперь час, и о том, как трудно вести долгую осмысленную беседу, находясь «под кайфом».

Она помогла Галине подняться, уложила на кровать, подоткнула одеяло.

– Все женщины становятся ведьмами, – бормотала та. – Рано или поздно, но все становятся…

Лия склонилась над ней и поцеловала в лоб.

– Я приду завтра, – прошептала она и, немного подождав, медленно спросила: – А как фамилия твоего Николая?

– Воронцов, – в полусне, но без запинки, ответила Галина.

5

1 января 2001 года

Первое января – самый короткий день в году, когда дня как такового не существует.

Есть утро, есть вечер, а между ними – провал. Сон. Николай просыпался дважды, щурился на сумеречное окно и снова проваливался в вязкое забытье. Всплыв из сна в третий раз, он почувствовал на плече чье-то легкое дыхание, резко поднялся, окончательно проснулся и удивленно посмотрел на Лию, точно она принадлежала его сну и в положенное время не исчезла вместе с ним.

Поверить в то, что все, что случилось вчера, случилось именно с ним, да еще и может иметь последствия в виде продолжения, Воронцов не мог.

А главное – совершенно не представлял, что с ней теперь делать. Беспокоило главным образом его то, что он потерял контроль над ситуацией. Нужно было дожидаться пробуждения девушки, чтобы выяснить, собирается ли она его все-таки покинуть или как. Больше всего его тяготило именно «или как». Лучшее, что он может сейчас сделать, так это выбраться из постели, принять душ и куда-нибудь смыться.

– Доброе утро!

Он слишком долго раздумывал.